Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 492 – Андрей Посняков

Тиун явился к вечеру. Выслушав предложение князя, хмуро кивнул – оба знали, что действуют пока наобум. Ну, отыщут тела, и что?

— Пусть хоть какая-то зацепка, – вздохнул Хельги. – Возьмешь в помощь гридей. Прочешете завтра с утра все овраги, перелески, рощицы, особенно у капища, не думаю, чтоб трупы спрятали где-то далеко.

— Это если на капище их и обезглавили, – возразил Ярил.

— А что, не так?

— Я смотрел внимательно, князь. – Тиун покачал головою. – Крови нет. А должна бы быть. Значит, головы отрезали где-то в другом месте и принесли к идолам уже отрезанными. А тела – одни боги ведают, где они. Могли и закопать. Впрочем, поищем.

— Пройдитесь по торговцам. Может, кто недавно продал рабов?

— Пройдемся, – согласно кивнул Ярил Зевота. – Если убитых и в самом деле купили здесь, в Киеве. Но не исключено, что их привезли с собой.

— Не исключено, – сухо согласился князь. – Но вы все же действуйте.

Тиун ушел, слышно было, как прогромыхали по ступенькам крыльца его сапоги и заржала лошадь.

— Лучше, лучше смотрите. – Твор деятельно руководил подчиненным ему десятком. С утра накрапывал мелкий дождик, и не очень-то хотелось лазить в мокрой траве по самому дну оврага. Хотелось спать – Вятша бросил в помощь тиуну всех освободившихся от стражи со строгим наказом не болтать и тщательно искать то… никто не знает что. Он и сам-то, наверное, не знал. Напутствовал только: «Смотрите».

Вот этими-то словами теперь и подбадривал своих воинов Твор. Те ворчали про себя, исправно меся глину на сумрачном дне поросшего густыми кустами оврага.

Первым обнаружил обезглавленное тело Ждан. Нагнулся, споткнувшись о что-то, непроизвольно ойкнув, отпрянул. Зашарили вокруг с удвоенной силой и обнаружили еще шесть трупов, тоже без голов. Четыре тела были девичьи, два принадлежали маленьким детям, а вот оставшееся – поджарое, смуглое, с белесым шрамом через всю грудь… У Твора неприятно заныло под ложечкой.

— Эй, Ждане, – кусая губы, приказал он. – Быстро беги за Ярилом.

Лекарь Эвристид, беспрепятственно миновав стражу, поднялся по высокому крыльцу в покои. Проведал выздоравливающую малышку, строго наказав няньке при малейшем обострении болезни увеличить дозу настоя.

— Все сделаем, как ты скажешь, – тихо произнес князь. Выглядел он плохо – желтые заострившиеся скулы, слезящиеся глаза, старческая шаркающая походка. Так и должно быть, чтоб свершилось четвертое, последнее, дело. – Я попросил бы тебя, лекарь, что-нибудь дать и мне, – совсем тихо произнес князь, тяжело опускаясь на лавку. – Чувствую, словно бы что-то жжет изнутри, и, кажется, слепну.

— Я приготовил для тебя лекарство. – Эвристид с поклоном вытащил из-за пазухи мешочек, развязал, высыпал в стоящий на столе серебряный кубок, развел, зачерпнув воды золоченым корцом из бочонка. – Испей, княже…

Князь протянул дрожащую руку, не достал до кубка и закрыл глаза. Эвристид хотел было помочь больному – не дали молодые стражники – гриди.

— Князь выпьет сам, когда встанет.

— Хорошо, – кивнул лекарь. – Напомните только, чтоб обязательно выпил.

Он ушел, тихо прикрыв за собой дверь, спустился с крыльца – мантия за спиной развевалась, словно крылья ворона, в подвергшейся колдовским чарам душе росла бурная радость. Все так… Все так, как и должно быть. Киевский князь умрет, умрет очень скоро – не сегодня, так завтра. И тогда исполнится главное дело, и он, Эвристид, обретет неземное блаженство в объятиях черноглазой константинопольской феи. Да, так будет – внешний вид князя свидетельствовал об этом лучше, чем что-либо иное. Быть может, киевский властелин распрощается с жизнью уже сегодня ночью… а может быть, уже умер? Хищная улыбка тронула тонкие губы Эвристида. Войдя в дом, он отбросил в сторону мантию, зажег свечу…