Книга Вещий князь: Сын ярла. Первый поход. Из варяг в хазары. Черный престол, страница 459 – Андрей Посняков

— А успеем? – Лейв боязливо повел плечами. – Ну, как князь слишком быстро приедет? Лучше побережемся.

— Ну, как хочешь, – пожал плечами Истома, про себя ухмыляясь. Знал – не особо-то нужны Лейву женщины, верный слуга Грюм частенько водил по ночам в его избу вновь прибывших отроков.

— Послушай-ка, друже Истома, – зачем-то оглянувшись, понизил голос варяг. – А давай и эту, златовласую, в жертву! Не нравится она мне.

— Не нравится? А по мне – так красивая девка, такую и употребить не стыдно.

— Так и употреби! Прямо сейчас. А потом – в жертву. – Лейв аж затрясся весь. – Уж слишком давно она нас знает, и – ты заметил? – прямо-таки не отстает от нас, все время на нашем пути – уж не дело ли это богов? – Варяг задрожал.

— Наш князь – сам бог! – зловеще сказал Истома. – И он приказал, чтобы все пойманные девки были красивы и девственны. А ты кого словил? Рыжую да щербатую, да двух древлянских кобыл, на которых только пахать можно?

Лейв со страхом попятился:

— Да наловим еще.

— Наловим… – пробормотал себе под нос Истома. Оно, конечно, наловим… А вот насчет златовласки… А и правда – употребить? Раньше-то можно было, да вот Лейв этот, неизвестно же как он отнесется? Может, снаушничает князю. А сейчас, вот, сам предложил. Раз предложил – пускай сам и приведет, оно безопасней. – Ну, Лейв, уговорил, – сказал он громко. – Вели-ка Грюму, пусть тащит сюда златовласую. Употребим, по твоему совету.

Лейв высунулся в дверь:

— Эй, Грюм!

Лысый возник, словно из-под земли. Выслушав приказание, подобострастно кивнул и бросился исполнять. Взяв с собой воинов, вошел в амбар, вытащил во двор Ладиславу, огладив руками по всему телу – эх, хороша девка, такую б и самому…

Изловчившись, Ладислава укусила слугу за руку. Тот завыл и отвесил девушке увесистую пощечину, такую сильную, что от удара Ладислава, вскрикнув, упала на землю. На губах ее выступила кровь.

— Вставай, тварь! – Грюм пнул ее ногой в живот. Не сильно пнул, чтоб не убить, но все ж удар был хорош. Ладислава со стоном изогнулась, притянув к животу ноги. Об одном она сейчас молила – о милости богов. Молила Рода с Рожаницами, Ладу, Велеса-Ящера…

— глотая слезы, шептала несчастная девушка.

И вот, видно, помог Велес-Ящер. Смиловался.

Снова замахнулся Грюм, чтобы ударить, но тут страж с башни закричал что-то. Вздрогнув, прислушался Грюм, приложив ладонь к уху.

— Едут! – кричал стражник. – Едут.

— В амбар гадину! – распорядился Грюм, сам же бросился в избу: – Едут!

— Едут? – Истома и Лейв разом вскочили с лавки. – Ну, едут, так едут. Стройте отроков.

В высоком шлеме князя отражалось солнце. Алый плащ его ниспадал на круп вороного жеребца, хрипящего и покрытого пеной, конь переступал ногами – позвякивали кольца кольчуги. Внешний вид князя Дирмунда, на первый взгляд, был абсолютно не княжеским. Некрасивый, тощий, сутулый, бледный, как поганка, с жиденькой рыжеватой бороденкой, куцыми усиками и длинным висловатым носом, похожим на огурец, князь не производил особого впечатления на тех, кто не видел его глаз – черных, неистовых, грозных! Похоже, в глазах – то и была вся его сила. Никто не мог выдержать княжеского взгляда, казалось, прожигавшего насквозь. Вот и отроки, вздрогнув, попятились под пылающим оком Дирмунда.