Книга Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники, страница 92 – Андрей Посняков

— О чем ты говоришь?

— О своем… Что ж, я согласна, если ты все устроишь. В конце концов, ты мне не противен, и, самое главное, тебе есть за что ненавидеть римлян, а это для меня кое-что значит, поверь!

— Вместе будем ненавидеть? – рассмеялся Виталий.

Алезия вновь сверкнула глазами:

— Не просто ненавидеть… Мстить!

Поцеловав на прощанье будущего сожителя, девушка быстро ушла, а гладиатор все же дождался ланисты, вот только поговорить с ним не смог: Валерий был невменяем, в комнату его принесли рабы Сульпиция. Раздели, поместили на ложе и вопросительно посмотрели на Тевтонского Льва.

Пришлось и им дать сестерций, а разговор с ланистой отложить на вечер, когда Валерий, жалуясь на головную боль, спустился во двор. В этот день тренировок не было, поэтому сам Виталий успел выспаться.

— Валера, у меня к тебе дело – на миллион! – издалека начал гладиатор.

— На миллион чего? – Ланиста пригладил кудри. – Старых бронзовых ассов? Так они никому не нужны, их и не чеканят уже… Ладно, ладно, шучу. Что там у тебя?

— Почему мы зарабатываем деньги только во время игр?

— Ну… – Валерий хитро прищурил левый глаз. – Некоторые – не только. Ну, говори, говори же, не тяни кота за хвост.

— Предлагаю открыть сувенирную лавку. Прямо тут, у наших ворот, Клавдия можно на первое время посадить торговать, он человек честный…

— Постой, постой, постой! – Скривившись, ланиста закрыл уши. – Ну, сколько тебе уже говорить, не употребляй этих своих дурацких германских слов. Ну, непонятно же ничего, право!

— Говорю, у ворот надо открыть лавку!

— Так… И чем торговать?

— А всем! Возле нас вечно народ толчется, особенно девчонки-поклонницы. Им можно вино продавать, пиво, водичку. А еще за определенную сумму пускать посмотреть тренировки.

— Хо! Отбираешь хлеб у нашей охраны, дружище?

— Ничуть! Они мелочатся с этой своей дыркой в воротах…

— А ты предлагаешь всех любопытных прямо в школу пустить?!

— Зачем прямо в школу? Построим помост.

— Хм… – Господин Ну трезвел на глазах, все ж таки ушлый был парень, несмотря на юный возраст: свою выгоду видел сразу, разжевывать ему полезные проекты не приходилось. – Ну-ну, излагай дальше.

— В лавке будем продавать разные вещи, но с нашими именами, к примеру, на блюде напишем «Красавчик Апис», даже его можно нарисовать. А еще заказать туники из дешевой ткани, а потом стойкой краской сделаем на них надписи: «Каррит Фракиец порвет всех!» или «Альпийский Тигр – лучший!» Такие надписи и рисунки можно делать на чем угодно: на кружках, тарелках, кувшинах…

— Так-так-так! – Валерий уже потирал руки. – Я даже знаю, кому дать заказы. С кукольником еще договорюсь, только ведь он, гад, запросит дорого.

— Можем и сами нанять кого-нибудь. Экое дело – кукол-гладиаторов мастерить…

— Ну, не скажи, в каждом деле свои трудности есть. Ладно, подумаем. Куклы, кстати, у меня и сейчас есть, от игр остались, я совсем про них забыл тогда. «Каррит Фракиец», «Красавчик», «Германский Ветер». А лавку можно в старой сторожке открыть, все равно ее перестраивать нужно. Думаю, за неделю управимся. Только Клавдий в продавцы не годится, ему и в школе дел хватит. Ладно, наймем кого-нибудь… Что ты так смотришь? А-а-а, понимаю… – Валерий ухмыльнулся и, зачем-то оглянувшись по сторонам, четко произнес: – Одна двадцатая часть доходов – твоя. Это не так уж и мало.