Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
Видя такое дело, Еремеев не стал неволить своих людей: приказал подыскивать место для ночлега. — Ох, то дело! – обрадованно переглянулись казаки. – Ужо отдохнем нынче, робяты. Еще разок все же пришлось перевались небольшой волок, больно уж местечко там приглянулось – островок на небольшом, вытянутом в длину озерке с чистой прозрачной водою, прохладной и вкусной – верно, на дне били ключи. Все же казаки выкупались, да и девы, конечно, только русские, другие-то воды боялись – страсть! Понравилось всем. — Вот это водичка! – радостно дрожала от холода рыженькая Авраама. – Совсем как у нас в мае! — Иди ты – в мае! – смуглоликая Олена расхохоталась, выскочила из воды – с мокрыми распущенными волосами, нагая, оглянулась бесстыдно: – Что-то казачки за нами не подглядывают? Даже Афоньки – и того не видать. Верно, и впрямь утомились. — Так и мы утомились, – улыбнулась Настя. – Разве не так, девы? Только вот окунулись в водичку прохладную – и вроде легче. Приспособив один из стругов, казачки прочесали озерцо сетью, наловили рыбы: хитрых хариусов, юрких налимов, важных толстобоких лещей, карасей, форель с серебристо-радужным брюхом, не говоря уж об окуньках да щуках – этих-то вообще без меры! Живо разложили костры, затеяли ушицу – налимью, хариусовую, форелевую. На углях запекли, да развели водою мучицу для пресных – вместо хлеба – лепешек. Была еще мучица-то, оставалась, но тоже экономить уже приходилось, не так, правда, как соль, но все-таки. А соли теперь вдруг оказалось много! Горьковатая, правда, ну да ничего – хоть какая. Да и досталась, почитай, даром, а дареному-то коню в зубы не смотрят. Вокруг рвались в синее небо высокие, пахнущие вкусной смолою сосны, меж которых во множестве высились огромные, в три сажени, папоротники, перемежающиеся непроходимыми зарослями ольхи, вербы, ракиты. Уютно дымились костры, отражались в прозрачной воде ставшие на якоря струги, тут и там виднелись разбитые шатры, шалаши, навесы. И вот, казалось бы, устали все так, вымотались, что только объяви отдых – полегли бы, уснули… Ан нет! Не тут-то было! Кто-то, конечно, и спал, подложив под голову руки, большинство же… Да почти все казаки просто валялись в траве, подкидывали в огонь ветки, слушали разные байки, шутили, смеялись, дожидаясь поспевающей на кострах ушицы. А кое-кто – парочками – удалился в лес, туда, где не такая уж чаща. По бережку все пошли, к соснам. Первыми кормщик Кольша Огнев с Авраамкой своей удалились – вот только что сидели у костра, ушицу помешивали, да глядь-поглядь – тишком-бочком – и нету. За ними Олена исчезла… И Олисей Мокеев – от соседнего костра зачем-то в лес отошел. Немец Ганс Штраубе берет бархатный с петушиным пером натянул, подошел к костерку, где девы сидели, да со всей галантностью поклонился: — Не желаете ли, фройляйн Онисья, пройтись? Вечер-то какой чудесный, а? И эти ушли… И даже остяк Маюни с Устиньей-девой на мысу, у дальнего струга, сидели, разговаривали о чем-то своем. Почему мы бы и нет, коли свободное время выдалось? Увы! Кареглазая красавица Настя так на атамана и не взглянула… а если и взглянула, то так, незаметно, искоса. Взяла ведро да пошла к озеру, за водою. Иван, увидев такое дело, больше не думал – вскочил да тоже – к озеру… Нагнал девчонку у тростников: |