Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
Остановившись, атаман взял девчонку за плечи: — Пойми, там, похоже, заварушка серьезная. А на стругах – порох, пушки, пищалицы… Вдруг да кто-нибудь доберется, палить начнет? Иди на струги, мой приказ передашь – к тому берегу поскорей отходите. — Хорошо, – Настя соображала быстро и тут же перестала ерепениться. – Передам. А дозорные на стругах меня послушают? — Там Чугреев ныне за главного, он к тебе добре… Да и слово тайное скажешь, нынче – «Ревель и Нарва». Повтори! — Ревель и Нарва, – послушно повторила девчонка. – Что тут запоминать-то? — Ну, с Богом тогда! Чмокнув Настену в щеку, атаман поспешно побежал к лагерю, не видя, как с большой тревогой в карих глазах суженая осенила его крестным знамением, попросив у Богородицы-Девы помощи и защиты. Взять в жены худородную! Это же надо… И это он, похоже, со всей серьезностью. Даже на подлог готов пойти… ради нее, выходит? Настя счастливо улыбнулась, обходя водою густые заросли ив. Выходит, так… если Ивану верить. А как же не верить-то, когда так хочется верить?! Да и не должен бы он врать – перстень вот подарил… как не так уж и давно – Огнев Кольша кормщик – рыженькой Аврааме. Авраама-то была счастлива, хвасталась подружкам, а те – многие – по ночам тихо плакали. Не сказать, чтоб от зависти, просто хотелось, чтоб и им тоже повезло. И вот Иван – Насте… Ишь ты! Девушка все никак не могла поверить, то и дело трогая надетый на указательный палец перстень. Да, батюшка ее покойный, царствие ему небесное, имел-таки мастерскую, правда, одну, а не несколько… Да даже если и несколько, все равно ведь не в царский двор записан! Царский двор… так лет двадцать уже называли тех, кого когда-то кликали кромешниками или опричниками. Средь них разного люду хватало, были и бояре, и дети боярские, и дворяне, и купцы – взять хоть тех же Строгановых! Почему бы и батюшке, Стефану, не быть? Чем он хуже Строгановых? Тем, что богатства поменьше? — Эй, кто там шарится?! – строго окликнули со струга. – Отзывайся, не то щас пальну! — Ревель! – поспешно выкрикнула девчонка. – Ревель и Нарва! — Влезай! – склонившись со струга, Чугреев протянул руку. – Случилось что? Коль с атамановым словом… — Случилось! – облизав вдруг пересохшие губы, со всей серьезностью кивнула посланница. – Якоря поднимайте, к тому берегу велено всем отходить спешно. — Иди ты! – не поверил было Кондрат. — Ревель и Нарва! – в голосе Насти заиграли железные нотки. – А ну, исполнять! Живо! — Да слушаюсь я, слушаюсь, – Чугреев повернулся, закричал в темноту: – Эй, робяты! Делай, как я! С якорей снимайся. Когда Иван подбежал к кострам, драка – а, скорее, массовое побоище – уже разрослась не на шутку. Насколько мог оценить выбежавший из зарослей атаман – дрались все и со всеми, дрались остервенело, в охотку, а кое-где – уже и звенели сабельки! — Н-на! Н-на! Н-на-а-а! – какой-то лихой казак, усевшись на своего поверженного сотоварища, деловито лупил его окровавленными кулачищами по лицу. – Получай за все, вражина! За что меня катам хотел отдать? — А ты меня? – хрипя, поверженный злобно плевался кровью и пытался укусить бывшего за кулаки. – Из-за тебя плетей отведал, из-за тебя! — Ах вы, корвищи, вы так? – это уже кричали девы, вцепившись друг дружке в волосы, визжа, лягаясь… |