Книга Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход, страница 292 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

С ревом налетели менквы. Наверное, хотели влезть внутрь – но с такой силой врезались в борт, что лодку перевернули, а Серьга от толчка вылетел в другую сторону, в воду, тут же вскочил, убирая саблю и суя топор за пояс. Навалился на борт соседней лодки, помогая священнику, немцу, Михейко и Онисиму спихнуть ее в воду, услыхал плеск сзади, развернулся, выхватывая клинок, рубанул им волосатое тело, вскинувшее двумя руками дубину, кольнул морду рядом, третьего врага полоснул поперек груди, снова навалился на лодку. Она пошла, пошла – Матвей снова обернулся, отмахиваясь саблей. Уловил миг, перевалился через борт, стал лупить остро отточенной саблей по волосатым пальцам, стремящимся лодку удержать.

Ближе к носу немец и священник уже вовсю гребли, и посудина наконец отошла от берега.

С дальней лодки кинулся в воду Семенко Волк. Матвей подхватил со дна весло, протянул ему. Казак ухватился, поволочился следом. Серьга подтянул его, дал возможность ухватиться за борт и тоже начал грести.

— Оторвались! – выдохнул Волк, падая на дно лодки. – Я свою хорошо рубанул, в двух местах. А ты?

— Дыра есть, – уверенно кивнул Матвей.

На стенах острога казаки тоже крестились, облегченно переводя дух.

А ведь поначалу казалось, что затея провалилась! Когда десяток храбрецов вырвались из крепости и сбежали вниз, сбивая первых, растерянных менквов, им нужно было пробиться всего десять шагов. Но уже на полпути людоеды как взбесились, ринулись на воинов отовсюду, толпа стала густеть, и казаки увязли в ней, как оса в меду. Упал сперва один воин, потом второй, споткнулся третий…

Однако воевода вдруг заметил, что среди беснующейся толпы один людоед стоит недвижно, слегка расставив руки. Егоров хлопнул по плечу Брязгу, указал цель. Дважды тренькнула тетива, чародей упал, ярость зверолюдей тут же ослабла – и отряду, перебив самых ближних людоедов, удалось вырваться на открытое место. Почти сразу менквы снова встрепенулись, кинулись в погоню. Видать, ими завладел другой сир-тя, угадать которого не получалось. Но казаки уже успели набрать скорость, первыми домчались до лодок. Двое прыгнули в правую и левую, остальные стали сталкивать среднюю.

Набежали менквы, на несколько мгновений все смешалось – а потом стало видно, что лодка все-таки отплыла, и вроде как с людьми.

— Отлично, – облегченно перекрестился атаман. – Теперь мы почти на равных.

Тем временем казаки в трофейной посудине отдыхали, потихоньку приходя в себя, осматривались. Священник, перебирая предметы на дне, некоторые сразу кидал за борт:

— Фу, мерзость богопротивная!

Некоторые откладывал, а над кувшином застыл в глубоком размышлении:

— Мазь, что ли, какая травяная?

— Дай посмотреть, отче… – Серьга перебрался ближе, понюхал, потом приподнял и наклонил, отпиваясь через край.

— Чего там? – заинтересовались остальные.

— Кисель, – он опустил кувшин, отер усы и броду. – Вкусный, сытный. Попробуйте не пожалеете.

— А вдруг заговорен? – опасливо спросил отец Амвросий.

— Так ведь для себя дикари держали! Себя-то что за смысл травить?

Кувшин пошел по кругу и вскоре опустел. Насытившись, казаки взялись за весла, быстро перегнали лодку к берегу возле устья реки, вытащили.

— Благослови нас, храбрый капеллан, – попросил немец. – Отпусти грехи еще раз, ибо опять мы в кровавой каше по самые уши сидим. Очистим души наши и бросим жребий об очередности караула.