Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
— И весло, атаман, видели, и бедолагу помним – в лодке который был. Может, весло-то его? — Может. Но вдруг – чужое. Колдунов этих таинственных. — У вогулича нашего надо спросить, – Михейко блеснул глазами. — У остяка, Ослопе, – тут же поправил отец Амвросий. – А мысль недурна, да – спросим. Где наш язычник-то? — Хм… – Иван задумался, но тут же вспомнил: – Я же послал его к… ну да… Вернется – спросим. Повстречав по пути Настену, Маюни свернул в лес, именно туда, как пояснила девушка, ушла Устинья. Ягод поесть. Юный остяк кивнул – знал же, под лучами злого солнца созрели уже на болотах черника с морошкою, некоторые казаки от атамана тайком уже ставили бражицу, пили, раздери их дракон! Вон оно, болотце-то, прямо не пойдешь – трясина. Куда дева могла свернуть? Могла ельником пройти, а могла рощицей – осины, березы… Эвон вымахали-то. Всмотревшись вперед, отрок едва не споткнулся от ужаса: — О, Мир-суснэ-хум! Это что же там такое-то? Не старой осине, на суку, болталось что-то белесое… Рубаха! А в ней… Не думая больше, Маюни рванул с плеча лук, дернул стрелу – пустил, перешибив сделанную из кушака петельку. Девичье тело в грязной, с оборванным подолом, рубахе тяжело шлепнулось в грязь, парнишка бросился к осине со всех ног, подбежал, упав на колени, похлопал девчонку ладонями по щекам… Та дернулась, приоткрыла глаза, вздохнула… Маюни обрадованно перевел дух: — Слава тебе, о, Калташ-эква! Живая! Ну, вставай, хватит в грязи валяться, да-а. — Ты… – бледные губы Устиньи дернулись, в глазах встала тоска… и ненависть. – Ты зачем?! Кто звал тебя, а? Кто?! Встрепенувшаяся девчонка схватила опешившего отрока за тонкую шею, затрясла с недюжинной силою, словно бы задушить хотела. Да, верно, и задушила бы! — Эй, эй, пусти, да-а! Больно ведь. — Больно ему… – зашипев змеей, Устинья все же отпустила парня. И тут же поникла головой, всхлипнула, исподтишка бросив взгляд на перебитую стрелою петлю. – Из-за тебя теперь… снова. — Извиняй, если помешал, да-а, – пожал плечами мальчишка. – Мимо проходил, вот. Спросить хотел. Просто спросить. А ты сразу душить начала! Однако! Маюни почесал шею и поежился. — Ну, прости, – фыркнула дева. – Не надо было просто… — Я понимаю, – отрок мотнул светло-русой челкой и поклонился. – Ты, Устинья-нэ, собралась в небесные кущи, я видел, да-а. Прости, что тебе помешал. Прости, как-то так само собой вышло. Прости. — Да ладно тебе кланяться-то, – натянув на колени рубаху, раздраженно бросила девушка. – Тоже нашел боярышню… или царицу. — Ты как царица, да! – вырвалось у парнишки. – Даже красивее, да-а! Очень, очень красивая ты, Устинья-нэ. — Красивая, ишь ты. Только краса-то моя теперь никуда… — Ах, не говори так, Устинья-нэ! — Как-как ты меня называешь? — Устинья-нэ. Нэ – по-нашему значит девушка, дева, – усевшись на корточки, охотно пояснил Маюни. Большие, чуть вытянутые к вискам глаза отрока сверкали точно два изумруда. — Что пялишься? – Устинья недовольно отодвинулась в сторону, в самую болотную грязь! Подросток не выдержал, хмыкнул. Девушка тут же ожгла его взглядом: — Смеешься? — Да я… ты грязная очень… смешная… и красивая, да-а. — Да что ты на меня уставился-то?! – со слезами на глазах Устинья вскочила на ноги. – Иди отсюда давай. Ишь ты – смешная я, грязная… Еще забыл сказать – дура! |