Онлайн книга «Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа»
|
Со страхом глядя на Хопкинса, Джереми медленно опустился на песок… и вдруг вскрикнул, отпрянул в неописуемом ужасе: позади похотливца, за кустами вдруг поднялась огромная, чем-то похожая на ящеричную, голова на длинной змеиной шее. Покачалась, раскрыла усеянную острейшими клыками пасть, извернулась и, схватив Хопкинса поперек туловища, проворно утащила в заросли, махнув на прощанье длинным полосатым хвостом, скользким, как хвост ящерицы или гадюки. Ничего себе ящерка – с трех добрых коней будет! Юнга застыл в ужасе, не вполне соображая, как ему сейчас поступить – то ли нырнуть в озеро, то ли бежать в лес. А если чудовище, управившись с Хопкинсом, тотчас же бросится в погоню? Вдруг да такие твари водятся в озере? Да, змеи ведь хорошо плавают и совсем не боятся воды. Не-ет… На корабль! Скорее на корабль – только там и спасение. — Ой, святая Мария, помоги, не оставь милостию своей… Испуганно оглядываясь по сторонам и шепча молитвы, юный Смит, забыв про брошенную одежду, со всех ног бросился к морю. Где-то впереди, за деревьями, вдруг послышался чей-то ужасный вопль и прозвучало несколько выстрелов. Старина Бишоп поудобнее пристроил аркебузу, дожидаясь, когда загнанный кабан выскочит из кустов и помчится прямо на него – себе на погибель. Охотничий азарт исказил красное лицо капитана «Святой Анны» – ну, вот сейчас, вот-вот… Давай же, клыкастый, беги! Матерый, в полоску, кабан выскочил наконец из кустов… Но дальше произошло совсем не то, на что рассчитывали охотники. Бишоп не успел сделать выстрела, как вдруг из росшего неподалеку орешника, надо сказать, необычайно высокого и густого, наперерез зверю ринулась огромная омерзительная тварь, чем-то напоминавшая дракона из старинных преданий. Длинная вытянутая шея с головой, несколько напоминавшей конскую, только с большой клыкастой пастью и раз в пять больше, мощные задние лапы, передние – какие-то несуразно маленькие, однако с весьма острыми когтями, позади чудовища развевался длинный могучий хвост, длиной больше десяти ярдов! Гнусная тварь, вытянув шею, ухватила кабана за спину, играючи, словно кошка мышь, подняв его в воздух. Истекая кровью, вепрь забился, завизжал. Бишоп запоздало выстрелил, и тотчас же грянул залп из пищалей других охотников. Пули, впрочем, не причинили чудовищу особого вреда, лишь вызвали ярость! Присев от грохота на задние лапы, ужасный дракон выпустил из пасти добычу и тут же бросился на ближайшего матроса. Просто, изогнув шею, накрыл его пастью, откусив голову, подобно тому, как дети кусают пирожное или купленный на ярмарке леденец. Послышался мерзкий хруст, и обезглавленное тело бедолаги оказалось под когтями дракона. Проглотив голову, тварь довольно зарычала и, махнув хвостом, принялась терзать когтями окровавленный труп. Матросы замерли в немом ужасе, да так и стояли, пока капитан не махнул рукой: — Уходим к роще. Бедолаге Хэмфри мы, увы, уже ничем не поможем. Пока мерзкий дракон жадно пожирал добычу, незадачливые охотники укрылись в кленовой роще, где Бишоп приказал им остановиться и зарядить мушкеты. — Но, капитан… Эта же волшебный дракон! – залепетал один из матросов, Лесли. – Мы ни за что не поразим его. Ни за что! Помогут только молитвы. — Все же и пули ему вряд ли понравятся, – выйдя из зарослей, ухмыльнулся лекарь. – Однако у вас тут весело. |