Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 350 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Митаюки-нэ присела перед женщиной и заглянула ей в глаза. Шепотом спросила:

— Почему ты решила, что я к кому-то переметнулась, мудрейшая?

— Но ведь твой род… – попыталась ответить ей старуха, но девушка перебила ее:

— Мой род отдал меня на потеху иноземцам, никак не попытавшись спасти! И с тех пор мне предавать некого. Я одна. Одна и только за себя.

— Но ведь ты служишь Енко Малныче!

— Неужели? – улыбнулась чародейка. – Ты умудрена сединами, ведьма, и носишь амулеты старшинства. Ты не могла не учить детей в своем доме. Ты должна знать учение девичества. Разве ты не рассказывала, как нужно правильно приручать мужчин? Дарить ласку, побуждая делать то, что нужно тебе. Хвалить, восхищаться, преклоняться, но направлять туда, куда желаешь. Позволять мужчине делать все, что ему нравится, если это не вредит твоей цели и твоей власти над ним. И поощрять любое разгульное веселье, если платить за него придется кому-нибудь другому. Смотри, мудрая учительница: веселье моих мужчин происходит за счет твоего народа. Именно вы подарите им славу, богатство и наслаждение. Но за все вместе в итоге расплатится Енко Малныче. Скажи, мудрая учительница, разве я не прилежная ученица? Разве я не усвоила ваши уроки наилучшим образом?

— Это были советы для семейной жизни! – выкрикнула старуха.

— Моей семьей стали белые иноземцы, – пожала плечами, выпрямляясь, Митаюки-нэ. – Могучему молодому богу казаков нужны ваши души. Значит, Иисус Христос их получит.

— Но что нужно тебе?!

Юная чародейка опять присела и шепотом, так, чтобы слышала только женщина, спросила:

— Напомни мне, мудрейшая, как вознестись над соперницами, стать первой, самой могучей и недостижимой, если другие девушки сильнее и знатнее тебя?

— Избавиться от них… – сглотнув, пробормотала старуха.

— Вот видишь, мудрейшая, – склонила голову набок Митаюки-нэ. – Это ваше учение.

— Но избавиться не значит убивать!

— Я не убиваю, – сказала чародейка. – Ваши деревни гибнут не из-за меня. Просто мужчинам нужно платить за послушание. Учение девичества не советует перечить мужу, если его увлечение не мешает планам жены.

— Чего же хочешь ты?

— Стать сильнейшей колдуньей в мире, – на самое ухо прошептала ей девушка.

— Но это невозможно! – воскликнула старуха. – Тебе не удастся избавиться от всех!

— Почему? – вскинула брови Митаюки. – Учение молодого бога запрещает чародейство и обращение к иным богам. Я не убиваю соперниц, мудрейшая. Я просто запрещаю несчастным губить свою душу. Новая вера сильна и быстро распространяется. Не прошло и полугода, как я принесла слово Иисуса Христа в земли северного Я-мала, а на Ямтанге и Варанхае уже не осталось ни одной ведьмы.

— Еще остались… – глухо ответила учительница из дома девичества.

— Нет, мудрейшая, уже нет… – Митаюки-нэ хлопнула в ладони.

Воины коротко выдохнули, и в спины старух вонзились копья с прочными кремневыми наконечниками.

Покончив с никчемными пленницами, молодые сир-тя тут же поспешили к товарищам, занятым куда более интересным делом. Рядом с правительницей остался только покрытый шаманскими татуировками Нахнат-хайд, внимательно смотрящий на свою госпожу.

Митаюки припомнила, что именно отвечала ей пленница, – сама она говорила тихо, не для чужих ушей, – что мог подумать вождь, и поспешила развеять возможные подозрения: