Онлайн книга «Новая жизнь»
|
— Иван Палыч, миленький! Гляжу, плохо вам? Аглая! — Ой… — тряхнув головой, доктор несколько смутился. — Хочу извиниться, Аглая… ну, за пол… и за то, что… — Да полноте вам, Иван Палыч! — со смехом отмахнулась девчонка. — Ну, накричали — бывает. Эвон, служба-то ваша — не мед. А я вот вам штей принесла и пироги. Проворно развязав выставленный на стол узелок, Аглая расставила перед доктором принесенную снедь: накрытый крышкой чугунок с супом (вот что звякало-то!), краюху ржаного хлеба, пироги, вареные яйца… — Вкусные шти-то — с солью! Правда, без мяса — с полбою. Так седни ж постный день! А пироги — с капустой. Вы их вчерась хвалили. — А… — А! Поняла. Девушка отворила дверцу шкафчика, вытащив оттуда жестяную миску с ложкою и столовым ножом. — Кушайте на здоровье, Иван Палыч! Живицы-то у вас маловато осталось — на нервах сгорела вся. Вот и подкрепитесь! — А ты? — А мы дома уж поснидали. — Ну, спасибо что ли, — парень растерялся, глядя на накрытый не богатый, но вкусный стол. В животе предательски заурчало — со смены еще ничего не ел. — Спасибо, Аглая. — Ну уж… что уж… Девушка явно застеснялась, зарделась вся. — Пойду на улицу, подышу. Кушайте! Вскинувшись, Аглая обернулась вдруг на пороге: — Ой… Чуть ведь не забыла, дуреха! Газетку свежую вам принесла почитать! Как вы любите. Пристав седни из города приезжал — привез, у старосты деда Фелисея оставил. Так я заглянула, забрала — а то ить Фелисей-то быстро ее скурит. На махорку свою изведет! Мужики — одно слово. Вытащив из-за пазухи слоенный вчетверо желтоватый листок с убористым газетным шрифтом, девушка довольно улыбнулась. — Кушайте. Читайте! Да только не зачитывайте. Анна Львовна, учительша, тоже просилась почитать. Так я ей потом отнесу. «Анна Львовна… учительша… — разворачивая газету, про себя повторил Артем. — Что же, здесь и школа есть, верно. Та-ак, интересно, что пишет пресса?» «Провинциальныя ведомости» — ударило по глазам название. И тесты шли странные — с «ятями», с твердыми знаками… А заголовки какие! — «Прорыв генерала Брусилова!», «Речь председателя Государственной думы господина Родзянко», «Г-н Милюков призвал к войне до полной победы!», «Исторический визит Его величества государя Николая Александровича на позиции»… Это что еще за ретро? И дата выпуска есть: 12 сентября 1916-го года… Артем едва щами не подавился — ничего себе, свеженькая! Хотя… Его словно ударило током. Не думая, что будет выглядеть глупо, Артем выскочил на крыльцо, крикнул: — Аглая, золотце… у нас день сейчас какой? — Так пятница ж! Постный. — А число! Число какое? — Так пятнадцатое… вроде бы… Ой, можно в численнике посмотреть… — А год… год какой? — Ох, Иван Палыч, Иван Палыч… Заработались вы. Вся Живица ушла… — Ну, Аглаюшка! — А-а! Меня проверяете! Думаете — дурная совсем дурочка? — И вовсе ничего я такого… Да скажи уже, не томи! — Так, какой и есть… Шестнадцатый. Одна тыщща девятьсот… Э-эх, Ива-ан Палыч… Глава 3 Шестнадцатый… Одна тысяча девятьсот… Это получается… лет за семьдесят до его рождения? Артём замер на крыльце. Не реконструкция, не сон, не галлюцинация. Он попал в прошлое. В 1916 год. Догадка, которую он гнал от себя, цепляясь за любую рациональную соломинку, теперь врезалась в него, как тот кирпич в затылок. Все верно. Его убили те отморозки и он каким-то образом попал в прошлое. |