Книга Новая жизнь, страница 8 – Андрей Посняков, Тим Волков

Артем нахмурился, припоминая.

Воспоминания путались, будто подёрнутые рябью, как вода в пруду, куда бросили камень. Он напрягся, цепляясь за обрывки, и они начали проступать — медленно, болезненно, словно из-под толщи.

Ранее утро. Только светает. Артём идет по тротуару, устало волоча ноги. Смена в больнице выдалась адской: двенадцать часов в операционной, три сложных случая, один — с осложнениями. Руки всё ещё помнили холод инструментов, пальцы ныли от напряжения. Спина… Она и вовсе скрипела, как старое дерево.

Артем мечтал только об одном — добраться до своей квартиры, рухнуть на диван и провалиться в сон. Чёрт, как же он устал. В ушах звенели голоса коллег, писк мониторов, стоны пациентов. Но смена кончена. Домой!

Куртка, небрежно накинутая на плечи, не спасала от сентябрьского ветра, который пробирал до костей. Фонари отбрасывали блеклые тени, и асфальт блестел после недавнего дождя, отражая неоновые вывески круглосуточных магазинов.

Артем свернул в переулок, чтобы срезать путь к метро. Узкая улочка, зажатая между многоэтажками, была пустой. Артём сунул руки в карманы, думая о том, что надо бы купить кофе. Без кофе врачу нельзя.

И тут он услышал крик. Женский, резкий, полный ужаса.

— Помогите! Пустите!

Артём замер, сердце дёрнулось. Крик доносился из-за угла, где переулок упирался в тёмный двор. Он знал этот район — не самый благополучный, но и не совсем трущобы.

Крик был таким отчаянным, что рефлексы сработали раньше разума. Парень ускорил шаг, почти побежал, завернул за угол.

Там, под тусклым светом единственного фонаря, стояла машина — чёрный седан, мятая, с тонированными стёклами. Рядом трое парней окружили девушку, лет двадцати, в лёгкой куртке и джинсах. Незнакомка прижималась спиной к стене, глаза блестели от слёз.

Один из парней, долговязый, с лицом, изрытым следами акне, держал её за запястье. Другой, лысый, что-то говорил, скалясь. Третий, низкий, беззубый, стоял чуть в стороне, похохатывая.

— Да ладно, не ломайся, поехали с нами, — прогнусавил долговязый. — Будет весело, куколка.

— Отпустите! — девушка дёрнулась, но долговязый только сильнее сжал её руку.

Девушка вскрикнула, и Артём, не раздумывая, шагнул вперёд.

— Эй! — его голос прозвучал громче, чем он ожидал. — Отвалите от неё.

Троица обернулась. Долговязый прищурился, оглядывая Артёма с ног до головы, будто оценивая, стоит ли связываться. Коренастый выпрямился, оскалился. Холодные как у змеи глаза цепко оглядели гостя. Щербатый сплюнул на асфальт и демонстративно хрустнул костяшками пальцев.

— Ты чё, герой? — протянул долговязый, растягивая гласные. — Вали отсюда, пока цел.

— Не трынди, Костян, — буркнул коренастый, почёсывая шею. — Ща разберёмся.

Артём почувствовал, как кровь прилила к вискам. Он не был бойцом, не ходил в качалку, не махал кулаками с детства. Простой врач районной больницы, хороший хирург. Эти умения едва ли бы сейчас пригодились ему.

Девушка посмотрела на него, её глаза были полны мольбы, и это решило всё.

— Отпустите её, — повторил Артем. — Сейчас же.

Щербатый заржал, обнажив дырку вместо зубов.

— Слышь, придурок, не лезь, а то ляжешь, — он сделал шаг вперёд, поигрывая складным ножом, который вытащил из кармана. Лезвие хищно блеснуло.

— Последний раз говорю, — Артём шагнул ближе, хотя в груди всё сжалось. — Отвалите.