Онлайн книга «Обострение»
|
— Я могу просто попросить, чтобы он к вам заехал! — Н-нет… — доктор замялся. — Лучше я бы приехал сам. И так, чтобы ротмистр не знал. Ну, ты же сам сказал — не надо обижать хорошего человека! Какой-нибудь знак… — Знак! Здорово! Мальчишка сразу оживился, подпрыгнул, глаза его загорелись духом авантюризма и пионеров, первопроходцев — покорителей дальних неизведанных стран! — Знак… Знаете что? Читали «Собаку Баскервиллей»? Если господин ротмистр объявиться… Ровно в десять вечера я помашу свечой в окне мансарды! Отсюда будет видно. Правда, недурно придумано? — Очень! Сам Шерлок Холмс отдыхает. Ну, что же… пусть так… Тем более, если Штольц ничего не заметил… А, может, просто пора перестать дуть на воду? Гробовский прав. И все же — форма министерства путей сообщения… Зачем? Если это Штольц… — Юра! Ты в форме разбираешься? Ну, в железнодорожной? — В любой! — Зелёные кантики что значат? — Зелёные? Служба пути, зданий… депо… Проводив Юру, Иван Палыч вновь занялся делами. На этот раз Аглаи не было, дежурила Глафира — тоже весьма неглупая девушка… А раз не было Аглаи, не явится и Алексей Николаевич! Завтра зайдет. Что ж, можно было заняться лабораторией… А завтра объехать всех старост и составить список непривитых! Кто-то постучал в дверь… — Не заперто… Андрей? Что хотел? — Иван Палыч, отпустите назавтра… — робко попросил паренек. — Часа на два. Бронепоезд смотреть! — Чего смотреть? — Бронепоезд. Ну, он на ремонт пойдет, в депо. Как раз мимо нашей станции. Где-то часа в два… Бронепоезд… депо… железнодорожная форма… Зелёные кантики — депо… — Ладно, Андрей. Отпущу! * * * Бронепоезд. Депо. Неужели… Эх, Иван Палыч! Опять дуешь на воду? И все же, надо съездить к Гробовскому, рассказать… Пока тот еще здесь. Тем более, на «Дуксе»-то — мигом… Алексей Николаевич, конечно, будет смеяться в голос… Ну и пусть! — Глафира, я быстро. — Хорошо, Иван Палыч. Поняла. Усевшись в седло, доктор запустил двигатель. У ворот остановился — открыть… Подошел ближе… и вздрогнул! Яркий свет ацетиленовой мотоциклетной фары выхватил из темноты кровавую надпись — «Берегись!» Глава 17 Иван Палыч спрыгнул с мотоцикла, подошел к воротам. «Берегись!»… Намалеванно криво, видно что делали впотьмах. Кто-то торопился, но хотел, чтобы прочли. Кровь? Нет, краска, но от этого не легче. Сердце заколотилось быстрее, пальцы, стиснувшие руль, похолодели. «Сильвестр… — мелькнуло в голове. — Это он. Мне». Доктор шагнул ближе. «Спокойно, Артём, спокойно. А может, не всё так страшно?» Он огляделся. Тьма, тишина, только собака где-то в селе тявкнула. «А может, мальчишки? — подумал он. — Балуются, пугают? В Зарном же любят розыгрыши, Аглая рассказывала, как Фоме Егорычу ворота дегтем мазали. А может, кто-то и из взрослых? Мало ли шутников». Иван Палыч, прищурившись, заметил рядом с воротами сугроб, а за ним — яму, узкую, глубокую, будто для столба копали. «А если… — мелькнула мысль, — это не угроза вовсе? Просто предупреждение? Мол, яму вырыли, не свались, прохожий, не переломай ноги?» Он хмыкнул, но тут же одёрнул себя. Какая яма? Кто в декабре столбы ставит? И краской, ночью, на воротах? Чушь! Нет, тут все понятно — и кто написал, и кому адресовано. Иван Палыч вернулся к «Дуксу». «Ладно, разберёмся» — подумал он и завел мотор. Пора ехать к Гробовскому. Кажется, Алексей Николаевич вновь оказался прав и насчет обеспечения защиты нужны побеспокоиться. |