Онлайн книга «Санитарный поезд»
|
Мария Кирилловна резко вскинула подбородок, её глаза сузились. — Где я была? — Голос стал холоднее, с ноткой раздражения. Простой, казалось бы вопрос, преобразил даму. — Это, господа, не ваше дело. Я сестра милосердия, а не преступница. Занималась своими обязанностями. И точка. — Она отвернулась, поправляя повязку больному, но напряжение в её плечах выдавало, что вопрос ее задел. Иван Палыч и Глушаков переглянулись. Ефим Арнольдович, кашлянув, попытался разрядить тишину: — Госпожа Шахматова всю ночь с больными была… В перевязочном вагоне. Я могу подтвердить. — Ефим Арнольдович, а вы что всю ночь с больными делали? — не удержался Иван Павлович. — Так я… Не спалось! Вот и прогуливался. И видел Марию Кирилловну. Поэтому подтверждаю. — Хм… — протянул Глушаков. — Интересно. Все время ее видели? Возле нее получается гуляли? Вокруг что ли? — Трофим Васильевич, что вы мне хотите этим самым сказать? — с нажимом произнес Ефим Арнольдович. — Просто интересуюсь, пытаюсь понять. Мария Кирилловна, — обратился вновь к старшей медсестре Глушаков. — Вы поймите главное — никто вас не обвиняет. Мы просто хотим… — Полагаю, я уже ответила на ваш вопрос? Повторяться я не намерена. «А дама заметно нервничает, — отметил Иван Павлович. — И Ефим Арнольдович тоже…» Это было удивительно, но администратор и в самом деле нервничал и потел, словно что-то скрывая. — Ефим Арнольдович, — сказал Иван Павлович. — При все моем уважении к вам, но вас не было вчера в перевязочном вагоне. Как и Марии Кирилловны. Все обернулись на доктора. — Потому что вчера мы проводили там с Трофимом Васильевичем и еще одни солдатом ревизию. Так что вы что-то не договариваете. Шахматова побледнела, словно поняв, что ее поймали на лжи. Ефим Арнольдович тоже стал белым. — Чего вы к ней пристали? Вы что, следователь? — взорвался вдруг администратор. — Пришли тут, допросы какие-то устраиваете! — Ефим Арнольдович, что с вами? — удивился Глушаков. — Почему вы кричите? — Потому что вы делаете какие-то намеки! Недопустимые намеки! Сейчас стукну вас по голове, чтобы уму прибавилось! Он замахнулся, но Шахматова, резко повернувшись, схватила его за руку. — Ефим, довольно! — Её голос, холодный и властный, заставил администратора замереть. Она посмотрела на Глушакова и Ивана Палыча, её лицо было напряжённым. — Хватит этой комедии. У меня есть алиби, господа. Железное. Вчера вечером и всю ночь я была… с Ефимом Арнольдовичем. Мы… встречаемся. Тайно. — Она выпрямилась, её щёки слегка порозовели, но взгляд остался твёрдым. — Довольны? Ефим, опустив руку, густо покраснел, его очки съехали на кончик носа. — Мария… — пробормотал он, глядя в пол. — Зачем ты… — и тут же повернулся к гостям. — Господа, умоляю, никому об этом! Это… личное. Мы не хотели, чтобы знали. Я… я правда был с ней. И ее алиби полностью подтверждаю. Он достал платок, вытер лоб. — Мы были тут, в изоляторе. Сюда почти никто не ходит — боятся заразиться. Тихо, безопасно… для разговоров. — Он деликатно кашлянул, поправляя очки. Иван Палыч и Глушаков переглянулись, ошеломлённые. Такого поворота они явно не ожидали. Версия с женщиной-убийцей отпадала. Тогда… — Вот ведь черт! — выдохнул Иван Павлович, хлопнув себя по лбу. — Я ведь забыл самое главное! Забегался, замотался — и забыл. Упустил! |