Книга Земский докторъ. Том 5. Красная земля, страница 84 – Андрей Посняков, Тим Волков

Он схватил пальто, на ходу крикнул Аглае, чтобы продолжала без него, и почти бегом бросился следом за милиционером к машине. Рванули к зданию уездной милиции.

Внутри царило оживление. Милиционеры, возбужденные и довольные, толпились в коридоре. Сам Петраков, с лицом победителя, стоял у двери в кабинет следователя.

— Ну, Иван Палыч, видишь? — он хлопнул доктора по плечу. — Не заставил себя ждать! Как по писаному — поперся на приманку! Поймали мы его. Вон он, сидит в кабинете, чернее тучи.

Иван Павлович, еще не отдышавшись, заглянул в кабинет. И его надежды рухнули в одно мгновение.

За столом, под присмотром угрюмого милиционера, сидел… не Рябинин. Вместо него был какой-то жуликоватый, испуганный тип в поношенной косоворотке и стоптанных сапогах. Его руки дрожали, а взгляд бегал по углам, ища спасения.

— Это не он, — тихо, но четко сказал Иван Павлович, отступая от двери.

— Как это… не он? — лицо Петракова вытянулось. — Он же… он же в кабинет к нам ломился! С документами какими-то фальшивыми!

— Это не Рябинин, — повторил доктор, чувствуя, как усталость и разочарование накатывают новой волной. — Рябинин старше, в очках, с бородкой… Это какой-то мелкий жук. Точно не он, уж я то знаю!

Петраков ругнулся сквозь зубы и распахнул дверь.

— Так, дружок, — обратился он к сидящему. — Давай-ка по новой. Кто ты такой? И зачем тебе понадобилось в мой кабинет лезть?

Тип затрясся еще сильнее.

— Ваше благородие… товарищ начальник… Да я ничо… Меня подставили!

— Говори толком! Имя!

— Федя… Федор Кузьмин, по кличке Шнырь… — он сглотнул. — Из Зареченска я…

Допрос пошел по серьезному. Под давлением Федя быстро запел. История была до смешного простой и в то же время показательной.

— Да встретил я его в трактире «Якорь», позавчера… Сидит, кофий попивает, интеллигентный такой, в очках… Водкой меня угостил. Разговорились. Я пожаловался, что работы нет, жить не на что… А он говорит: «А хочешь, я тебе работу дам? Пустяковую». — Федя всхлипнул. — Я, дурак, обрадовался! Говорю: «Какая?» А он: «Ничего красть не нужно. Просто проберись ты в здание милиции, в кабинет к начальнику. Посмотри, где у них сейф стоит. И расскажи мне». Я испугался, говорю: «Да меня ж там сразу возьмут! В милицию то лезть! Живо в тюрьму упекут!» А он улыбнулся и говорит: «Не возьмут. Ты же ничего не украдешь. Просто посмотришь. За просто посмотреть в законе нет тюрьмы. Сделаешь дело — получишь еще». И… и дал задаток. А я что? Ну это же и вправду не воровство! Что я того нарушил? Просто заглянул.

— Это проникновение в государственное учреждение, Федя! Это статья! Ну-ка хватит соплями хлюпать! Про какой ты там задаток говорил?

Федя, понурив голову, полез в карман и высыпал на стол несколько монет.

Иван Павлович замер. Он узнал их. Те самые, с двуглавым орлом. Монеты с проклятого кладбища. Плата смертью.

— Вот эти… — прошептал Федя. — Три штуки. Золото. Обещал еще столько же.

В кабинете повисла тяжелая тишина. Петраков смотрел на монеты с суеверным страхом. Иван Павлович чувствовал, как по спине бегут мурашки. Понял хитрый план афериста.

Рябинин не полез сам. Он даже не послал своего человека. Он нашел самого мелкого, отчаявшегося жулика, заплатил ему теми деньгами, что не жалко, и послал на разведку. Изучить обстановку. Проверить, действительно ли картины в милиции, и где они могут быть. И главное — проверить, не ловушка ли это.