Онлайн книга «Земский докторъ. Том 6. Тени зимы»
|
Смеркалось. Пошел мокрый снег. Пробежали по перрону чем-то озабоченные мешочники. А-а! Прибыл пригородный поезд… Как всегда, начался целый штурм! Состав еще не успел остановиться, а народ уже рванул к вагонам. Запрыгивали прямо на ходу, расталкивая редких пассажиров на выход… — Да дайте же выйти! Выйти дайте! — справедливо возмущались те. Поезд был из Зареченска… Иван Палыч настороженно высматривал в толпе знакомые лица — именно для этого он и был сейчас здесь. Все уже вышли… Паровоз дал гудок. Поезд тронулся… И — никого! — Товарищ, товарищ! Где тут кипяточку набрать можно? Парень с серым землистым лицом, помахивая пустым чайником, кинулся к проходившему мимо дежурному. Знакомый голос… Да и парень… Нет, это не был Хорунжий! Но, явно из тех, с болота… Из банды, да! Вот спрыгнул с чайником вниз, с платформы… метнулся через пути навстречу прибывавшему составу… Охрана вагоны с затемненными окнам… Литерный! Доктор обернулся и махнул рукою Гробовскому… Оба спустились на пути, бросились к составу… и застыли на полпути. По низенькой платформе, ничуть не таясь, шагал крепкий мужчина лет сорока с казачьей выправкой и жестким лицом. Хорунжий! В новенькой красноармейской шинели, с портфелем, прицепленным к запястью, наручником. Вот он! Террорист, шпион и бандит. Как ни в чем ни бывало, Хорунжий подошел к двери вагона и вальяжно кивнул часовому: — Я Крымский, из ВЦИК! Вот мой мандат. Везу забытые документы. Вам должны были телеграфировать… Часовой обернулся, кого-то позвал. Из тамбура выглянул грузный мужчина в тужурке и махнул рукой. Оглянувшись, бандит ловко забрался в вагон. — За ним! — негромко бросил Гробовский. Однако, не тут-то было! Откуда ни возьмись, вдруг выскочил тот самый парень с болот. Только вместо чайника в руке его сверкнул нож! — Беги, я разберусь! Паровоз дал гудок. Завертелись колеса. Кивнув, Иван Палыч бросился к вагону… Уже на бегу сунул часовому мандат, подписанный самим Дзержинским. Кстати, Феликс Эдмундович тоже был сейчас в поезде — осуществлял общее руководство операцией… Так… архивный вагон… а рядом — правительственный… Вспомнив инструкции, доктор рванул в тамбур. И получил удар в подбородок! Хороший, с разворота, такой, что искры из глаза! Хорунжий! Ударив, бандит гулко расхохотался и, распахнув дверь, прыгнул в звенящую тьму! * * * Стучали колеса. На полу валялось тело убитого часового… К дверной руке цепочкой был примотан портфель. Тот самый! Так отцепить и выкинуть его к черту! Сзади послышались торопливые шаги. Ярко вспыхнул фонарь… — Как вы, доктор? Ч-черт… Ушел! Осторожно, не трогайте цепочку! Только вскрывать! Отойдите-ка… — Ну уж, нет, Феликс Эдмундович! — через силу улыбнулся Иван Палыч. — Кто из нас хирург? У кого рука не дрогнет? Эх… ножик бы… — У Владимира Ильича был, вроде… сейчас… Дзержинский ушел. Стучали на стрелках колеса. Внутри «адской машинки» отбивали время часы… Нельзя трогать и цепочку, ни замок… Взрыватель, наверняка, не один. Да, только вскрывать… Вернулся Феликс Эдмундович: — Вот… Хороший, швейцарский. С кусачками! — Хорошо. Посветите. Нет, не туда… Ага! Доктор осторожно извлек из портфеля узкое тело устройства. Это был словно дикий зверь, приготовившийся к смертельной атаке хищник. Сердце его нужно было остановить. Примерившись, Иван Палыч осторожно вскрыл металлическую коробку. Сверкнули разноцветные нервы — провода… — Черный провод не трогайте! — Понял… Доктор буднично перекусил остальные. Синий, зеленый, желтый… Обычная операция. Как аппендицит. Даже там, пожалуй, более нервная — все же, в человеке ковыряться, а тут… — Да, есть еще два взрывателя… Хитро! Вон, тоненькие такие нервы… — Что-что? — Проводки… Ага… вот мы их… оп! — доктор обернулся. — Все, пожалуй… Теперь можно легко отцепить. — Ну-ка, дайте-ка… Пошире распахнув дверь, Дзержинский взял «адскую машинку» в руки, размахнулся… и запустил ее в ночь. — Вот. Так-то лучше будет. — Кстати, как там Гробовский, не знаете? — спросил Иван Палыч. — В порядке с ним все. Парня того — взял. Доложил уже телеграфом! А «машинка»-то… Уже оставшийся позади поезда лес вдруг озарила яркая вспышка. Громыхнул взрыв… — Не зря мы его выкинули! — поежившись, Дзержинский зябко потер руки. — А, Иван Павлович? Пойдемте-ка к Владимиру Ильичу — чай пить. * * * 11 марта 1918-го года литерный состав с членами правительства и архивом спокойно, без происшествий и задержек, прибыл в Москву. |