Онлайн книга «Земский докторъ. Том 6. Тени зимы»
|
— А самое крупное село в уезде — Зарное! — негромко протянул Иван Палыч. — И что показать — есть! Больница, считай — образцовая. Комсомольская ячейка есть, даже красные скауты! И, самое главное — школу не сегодня-завтра откроют полностью! Среднюю! Анна Львовна говорила — учителей нашли, пайком хорошим прельстили. Это кроме Николая Венедиктовича — тот на начальных классах будет. Алексей Николаевич задумчиво покивал: — Открытие школы — это событие! Да еще и комсомольцы, и скауты… Поди, на «Лорен-Дитрихе» повезут… Или на «Изотте-Фраскини». — На «Лорен-Дитрихе», — со знанием дела уточнил доктор. — «Изотта-Фраскини» вторую неделю на ремонте — Анна Львовна сказала. — «Лорен-Дитрих»… — повторив, Гробовский с шумом допил чай и гляну на доктора. — А что вообще за автО? — Очень хорошая! — рассмеялся Иван Палыч. — «Торпедо», модель двенадцатого года. Цепной привод, четыре цилиндра, шестьдесят лошадиных сил. По хорошей дороге восемьдесят верст в час — запросто. И проходимость приличная, высокий клиренс… Ну, колеса большие! Гости переглянулись: — А ты, Иван Палыч, все это откуда знаешь? — Так у меня ж «Дукс», забыли? В этих кругах крутился… Примерный маршрут выстроили по карте… Той самой, из краеведческой книжки, кою Гробовский все же вернул в школьную библиотеку. А вот карту выпросил для себя! — Здесь вот овражек, подъем, скорость замедлится… — с азартом прикидывал бывший сыскной. — Так… а как я появиться должен? — Из лесу. С ружьем! Ну, типа — охотник, — Иван Палыч расхохотался. — «Зауэр», я надеюсь, не потерял? «Банду» решился изобразить сам Лаврентьев: — Прохора еще возьму… И тебя, Иван Палыч! Втроем как-то солиднее. Маски наденем и… Как в Париже — банда Бонно! Доктор лишь плечами пожал. Назвался груздем — полезай в кузовок! Тем более, Гробовскому он был обязан своим спасением… Да и вообще — друг. — Да, а как быть с охраной? — вдруг озаботился Лаврентьев. — Наверняка, своя с ним будет, да еще наши… — С охраной решим, — Алексей Николаевич усмехнулся в усы и понизил голос. — Есть у меня одна знакомая… дама полусвета. Еще с прежних времен. Думаю, и сейчас она свое занятие не бросила. Раз уж вы говорите — бабник! — В школе где-то грим должен быть и парики, — припомнил доктор. — Еще с Рябининского театра остались. А уж экипировку — в городе доставать. И — холостые патроны. * * * На торжественном открытии школы был даже духовой оркестр! Самый настоящий, с валторной и сияющими медью трубами! Наняли у пожарной команды. В ожидании открытия музыканты то и дело тренировались, попеременно играя туш и популярный вальс «На сопках Маньчжурии». Собравшийся народ аплодировал и лузгал семечки. Нарядно одетые дети повторяли стихи и поздравительные речи. С погодой повезло — подморозило, в бледно-голубом небе сияло холодное декабрьское солнце. Все уже собрались, уже приготовили красную ленточку. Ждали появления «высокого столичного гостя». Тот что-то задерживался… Пронин заметно нервничал. Иван Палыч вытащил из кармана часы — уж пора было бы ревизору и появиться — и пошел к нарядно одетым дамам — Анне Львовне и… сестрам Ростовцевым! Именно с подачи Анны Львовны Вера Николаевна и Ксения все же поступили в учителя — приличный паек и небольшое денежное довольствие сделали свое дело. Жить-то было надо! А после приснопамятной встречи с виртуозным мошенником Рябининым, извините — на что? Вера Николаевна взяла на себя преподавание русского, французского и литературы, Ксения же — биологию, историю, географию. Математический цикл любезно согласился вести Николай Венедиктович — учитель начальных классов. |