Онлайн книга «Переезд»
|
Повисла пауза. Никто не решался что-то сказать — еще бы, а что тут скажешь? Что против человека и его разработок, которые страну вперед двигают? За такое можно и самому на скамье оказаться. Все невольно перевели взгляд на чекиста. Тот нехотя медленно поднялся. — Гражданин Петров, вы пока остаетесь отстранены от работы в госпитале. Не покидайте Москву. Ваше «открытие» будет тщательно изучено компетентными товарищами. Если ваш пациент выживет — это будет одним аргументом в вашу пользу. Если умрет… — Он не договорил, но все всё поняли. * * * Несколько дней, проведенные в вынужденном затворничестве, Иван Павлович использовал с максимальной пользой. Под негласным, но бдительным надзором он не отчаивался, а с упорством фанатика совершенствовал свою установку. И производил драгоценное лекарство. Каждая новая партия желтоватого порошка была чуть чище, чуть стабильнее предыдущей. Он вел подробные записи, фиксируя каждый шаг, каждую пропорцию — теперь это была не отчаянная импровизация, а методичная, научная работа. Дверь в лабораторию распахнулась с такой силой, что задребезжали стеклянные колбы. На пороге, с лицом, побагровевшим от гнева, стоял сам Николай Александрович Семашко. За его спиной, съежившись, маячили Воронцов и Астахов — гостей такого высокого ранга они явно не ожидала сейчас тут увидеть. — Иван Павлович! — прогремел Семашко, окидывая взглядом царящий в комнате «алхимический» беспорядок. — Мне только что доложили о каком-то идиотском разбирательстве! Это правда⁈ Вас пытаются посадить за то, что вы… что вы работаете⁈ Не дав никому опомниться, он резко обернулся к Астахову и Воронцову, которые уже стояли за его спиной. — Кто автор этого безобразия⁈ В этот момент из-за их спин, бледный, но с прежним надменным выражением лица, вышел Сергей Петрович. — Николай Александрович, разрешите доложить! — начал он, стараясь придать голосу твердость. — Врач Петров грубейшим образом нарушил все мыслимые протоколы! Он ввел тяжелобольному, находившемуся в бессознательном состоянии, непроверенный, самодельный препарат! Мы были вынуждены… — Больному? — перебил его Семашко, наступая на Бороду. — Какому больному? Где он⁈ — В третьей септической палате, — растерянно пробормотал Сергей Петрович. — Капитан Глушаков. Состояние было безнадежным… — Ведите! — отрезал Семашко. — Сию же минуту! Толпа в белых халатах и штатском, во главе с разгневанным наркомом, громоподобной процессией двинулась по коридорам. Сергей Петрович, предвкушая триумф, почти бежал впереди, чтобы первым продемонстрировать плачевные результаты «эксперимента» Петрова. Он распахнул дверь в палату и замер. Его лицо вытянулось, выражение торжествующей уверенности сменилось на абсолютно недоуменное, почти идиотское. Койка капитана Глушакова была пуста. Одеяло аккуратно откинуто. — Он… он… — начал было Сергей Петрович, бешено озираясь. В этот момент из-за ширмы в глубине палаты вышел сам Глушаков. В одной руке он нес жестяной чайник, в другой — две кружки. Он был бледен, исхудал, но держался на ногах твердо, а в его единственном глазу горел живой, осмысленный огонь, сменивший лихорадочный бред. — А? Товарищи? — спокойно произнес он, видя ошеломленную группу в дверях. — Вы ко мне? Чайку, что ли, хотели? Я вот как раз согреть сходил. |