Онлайн книга «Маски и лица»
|
И попутно… попутно он будет задавать вопросы. О странных санитарных поездах. О необычных «медиках». О ящиках со странными надписями, которые могли видеть железнодорожники или крестьяне. Он поедет по тому же маршруту, что и тот роковой эшелон. От Смоленска — на запад. Риск. Безумный риск. Бросить Москву, Аннушку (он сжал кулаки при этой мысли), фабрику на пике мобилизации. Но оставить эту нить нераспутанной — было риском большим. Пассивное ожидание удара здесь, в кабинете, стало для него невыносимым. Он сел и начал быстро, почти лихорадочно, писать. Две записки. Первая — Семашко. Сухой, официальный рапорт о необходимости срочной выездной инспекции в прифронтовую полосу с обоснованием эпидемиологической угрозы. Просьба об официальном мандате и выделении транспорта. Вторая — Валдису Иванову в ЧК. Короткая и по существу: «Еду туда, откуда пришла хворь. По следам солдата Гусева. Нужна „крыша“ и человек, который умеет не только спрашивать, но и слушать. Если можешь — встречайся завтра утром. Важно.» Он позвонил в канцелярию, вызвал дежурного курьера. Молодой парень, сонный, принял конверты, щёлкнув каблуками. Когда дверь закрылась, Иван Палыч снова подошёл к окну. Небо на востоке начинало светлеть, из чёрного превращаясь в густо-синее. Наступало утро. * * * Перрон Казанского вокзала встретил их запахом дыма, дегтя и утренней прохлады. Паровоз, чудовищная чёрная туша, шипел паром, извергая из железного нутра клубы белого, едкого облака. Народу — тьма: красноармейцы с вещмешками, чиновники с потёртыми портфелями, беженцы с узлами — весь сгусток тревожной, военной России. Валдис Иванов стоял у вагона, небрежно прислонившись к стене, но каждое движение его выдавало напряжение. Вместо привычного кожаного пиджака — поношенная солдатская шинель и простая фуражка без кокарды — одежда для командировки, не привлекающая лишних глаз. Увидев Ивана Палыча с саквояжем, Валдис оттолкнулся от стены и быстрыми шагами пошёл навстречу. — Иван Павлович, — он взял доктора за локоть, отвёл в сторону, подальше от потока людей. — Ты с ума сошёл⁈ — Угроза эпидемии с запада — не выдумка. Семашко одобрение дал, подписал мандат на инспекцию прифронтовых госпиталей, — спокойно ответил доктор. — Понимаешь, на что ты лезешь? Это не московские бандиты, которых можно взять за жабры! Там — фронт. Там — поляки, банды, мародёры, свои шпионы и чужие! Ты, замнаркома, директор единственной в стране фабрики пенициллина, поедешь туда, где в любой кустарь может приставить к виску ствол! Искать что? Призраков? — Понимаю твое беспокойство, Валдис. Но кто другой? Я поеду туда, где всё началось, — голос Ивана Палыча стал тише, но твёрже. — Солдат Гусев видел их. Говорил с ними. Они выгрузили «груз» под Смоленском. Значит, след ещё тёплый. Здесь, в Москве, я могу только ждать следующего удара. Там — могу его опередить. Так надо, Валдис. Это единственная возможность не дать болезни распространиться. То знает, может где-то есть еще одна такая лаборатория? — Какая еще лаборатория? — Потом расскажу. Валдис замер на секунду, изучая его лицо. Потом выдохнул, и напряжение в его плечах слегка спало, сменившись на мрачную, привычную деловитость. — Чёрт с тобой, — пробормотал он, отпуская локоть. — Я доложил шефу по твоей командировке. Он скривился, сказал с тобой ехать. В случае чего — прикрывать. — Иванов достал из кармана шинели два билета, сунул один в руку Ивану Палычу. — Вот. Купе. Я еду с тобой. |