Онлайн книга «Кондотьер»
|
* * * Писали в «Ливонскую правду» много, и Леонид веселился всласть. Выходит, не зря придумал все эти рейтинги! Веселясь, король вызвал Петера, бывшего слугу, а ныне – мажордома, коему было поручено отвечать за раздел «Новости из дворца». Похвалив парня за все уже исполненное, Магнус попросил его сочинить статью о молодых дворянах. Об их веселой, богатой и чрезвычайно интересной жизни, полной рыцарских схваток, захватывающих путешествий и изысканных любовных интриг. — Надо так написать, Петер, чтоб любой искатель приключений из хорошей семьи – третий сын или четвертый – обязательно поехал бы к нам и нанялся в войско. О богатстве не скажу, о любви – тоже, но слава у него будет – точно. Потому как слава нынче полностью в наших руках! Король с гордостью потряс свежим выпуском «Правды» и, повернувшись к окну, задумчиво посмотрел в розовато-палевое небо. — Какое сейчас число, Петер? — Кажется, шестнадцатое. День Святого Яниса. — Кого-кого? — Ну, это такой местный святой, мало кто про него и знает, – пригладив волосы, пояснил юный мажордом. — Ладно, какой бы ни был святой… Вот что, зови-ка сюда нашего господина издателя… — Кого? — Господина Силантия зови, вот что!.. По всем подсчетам Леонида, посланные лазутчики-диверсанты уже должны были легализоваться, влившись в воинский лагерь под Везенбергом-Раковором, и теперь настала пора выпускать подметные листки да писать в них всякие гадости. От лица немцев – про шведов, от лица шведов – про немцев, ну а уж про шотландских наемников – со всех сторон. Тут, как раз вовремя, заглянул в королевские покои Анри Труайя, доложил о дошедших из-под Везенберга весточках. Всем диверсантам было велено в подробностях докладывать связным о каждой, даже вроде бы совсем незначительной мелочи. Вот они и докладывали – обо всем. — Шотландцы с немцами из-за маркитантских девок грызутся, – Труайя деловито просвещал своего монарха. – Едва ль не до драк… — Это плохо, что едва ль, – помрачнел Магнус. – Обязательно надобно, чтоб была драка. — Сделаем, – глава ливонской разведки кивнул и продолжил: – Еще докладывают о новых мортирах, и о том, что некий шотландский пресвитер – тайный содомит. — Так-так, – встрепенувшись, король радостно потер руки. – Содомит, значит… ага… — Но это еще не точно, – почесав бородку, предостерег Анри. – Из одного источника сведения. Другие по этому поводу молчат. — А вот это как раз и не важно! – Арцыбашев покусал губу и, поднявшись с кресла, заходил по залу. – Важно, что мы об это напишем. Значит, говоришь, шотландский пресвитер – содомит? Отлично. И Акезен, граф шведский – тоже содомитом окажется. А что? Не может же быть, чтоб извращенец – и один был. Пусть хотя бы два, пара. Силантий! Запомнил, что в листовках печатать? — В чем, государь? — В подметных грамотах. Ничего, Петер тебе поможет. Так что, вперед, други мои, вперед! А ты, Анри… – чуть помолчав, его величество понизил голос: – Передай там нашим… Пусть ускоряются! Драку заказываем и скандал. Пора уже! Давным-давно пора. * * * Рослый белобрысый готландец Бьорн Скебе и рядовой Карл Эйриксон – темноволосый коротышка из Мальме – не то чтоб с детства считались закадычными приятелями, но друг к другу относись вполне дружелюбно, по-свойски. Бьорн в караул – Карл тоже просится, Карл в наряд, и Бьорн с ним же. Бьорн к падшим девкам… ну, как же без Карла? Вдвоем-то веселей, тем более на корабле, пока в Ревель плыли, еще сдружились, и теперь уж чем дальше, тем больше – не разлей вода. Хозяйство оба вели в складчину, получали все на двоих, и был у них один на двоих котел. А иногда – частенько даже – и одну на двоих девку, по очереди, пользовали. Слишком уж мало в лагере было веселых разбитных девиц. По мысли Бьорна и Карла мало, правда, их отец командир совсем по-другому мыслил. А уж о шотландских пресвитерах нечего и говорить. Их бы злая воля – отправили бы всех девиц на костер, запросто. |