Онлайн книга «Кондотьер»
|
— Поместите его в Эзельский замок, – повернувшись к Анри Труайя, распорядился ливонский властелин. – Уж туда-то трудненько будет пробраться всякого рода отравителям. Остров – народу мало, каждый чужак на виду. Отдав приказ, его величество поднялся на ноги и, взяв жену под руку, покинул сырые своды подвала. — Может, все же велеть его пытать? – нагнав королевскую чету, осведомился Анри. – Ведь он мог быть связан с тем монахом… — Не скажет, – Маша повернула голову. – Не скажет ничего, кроме того, что сам захочет. Уж поверьте, подобных людей я повидала немало. Видала, как они ведут себя под пытками и на плахе… А вот в Эзельском замке приставьте к нему верных людей! — Сделаем, ваше величество. Дождь припустил с новой силой, и все трое, нагнув головы, побежали к дворцу. Из распахнутых окон главного зала, освещенного сотней свечей, все еще доносилась музыка. Бал продолжался. * * * Уже на следующее утро король и королева велели доставить пред их очи всех купцов, паломников и ученых – ибо хотели знать о Турции всё. Могущественная империя османов простиралась на три континента и казалась незыблемой и могучей. Однако король не верил, что у подобного исполина нет слабых мест. Да что там – верил, не верил – знал наверняка! Притеснение христиан, национальные проблемы, отношения с шиитами – с Ираном, плюс те же курды и, говоря языком Маркса, выступления угнетенных масс. Все это было, и в большом количестве… только вот хотелось конкретики. И король получил! — Все бунты против султана и беев турки называют «джелали», – с удовольствием попивая заверенный по-турецки кофе, рассказывал Аристарх Беотий, купец из Орши, оказавшийся в Оберпалене по пути в Нарву. Русский и православный, он выглядел вполне по-европейски: узкие штаны, туфли, светло-серый камзол с буфами и небольшим воротником-гофрой. Густые волосы купца были аккуратно подстрижены, а вот окладистая борода падала прямо на грудь. Впрочем, король Швеции Юхан тоже обладал изрядною бородищей – куда там Ивану Грозному, с его козлиной реденькой бороденкою. Вот у Юхана борода так борода – длинная, широкая, лопатой! — Джелаль – так звали одного проповедника, что возглавил мятеж еще при прежнем султане, – поставив опустевшую чашку на столик, продолжал купец. – Еще говорят, что джелалями называет себя воинственное племя курдов, их всегда поддерживает персидский шах, ибо турки почитают Сунну, персы же и все прочие – нет. Турки для них – еретики похуже лютеран! — Надо же! – изумился Анри. – А я думал, магометане и магометане, все на одну масть. Король улыбнулся: — Так и мы, христиане, им одинаковыми кажемся. Однако враг моего врага – мой друг. Надо будет как-то помочь бунтовщикам… чтоб охотнее бунтовали! — Деньгами? — Не обязательно. Можно оружием, советниками, наемниками, наконец! Уважаемый Аристарх, верно, подскажет, как все это доставить? — Через Валахию можно, – задумчиво покивал торговец. – А там дальше – морем. В Константинополь не заходя. Следующий посетитель обликом напоминал черта. Смуглый, худой, суетливый, с черными кудрями и черными же блестящими, словно маслины, глазами. Звали его Генрих Эстерланд, и был он родом из Штирии. Третий сын местного барона, он не получил никакого наследства и подался в наемники. Вначале подвизался в Милане, у герцога Сфорца, потом служил в Дубровнике, в городской страже, затем перебрался в Любек, а уж оттуда – в Данию. Так и в Ливонию попал, в погоне за деньгами и славой. Кондотьер опытнейший, что и говорить, да и жизнь побросала на славу. |