Онлайн книга «Кондотьер»
|
— Пива? С колбасками? А давай! – убивец неожиданно рассмеялся. Неожиданно – в первую очередь для самого себя, вообще-то Вальтер не был склонен к излишним эмоциям. Евреев-то он как раз и не успел проверить! Вернее, даже и не планировал. А ведь они занимали в Кракове целый квартал – Казимеж, и вовсе не гнушались пускать иноверных постояльцев в свои корчмы. Правда, Вальтер евреев не то чтобы не очень любил – ненавидел. Но уж приходилось терпеть ради дела. Впрочем, теперь уж не ради дела, а ради себя самого! Действительно, сколько на чужих дядь работать можно? В Казимеже, у синагоги, наемник даже разговорился с раввином в длинном черном лапсердаке. Просто спросил дорогу, одну улицу. — Видите ли, ребе, я нездешний, из Вильны… — Ах, из Вильны? А не знаете ли вы там… — Ну, конечно, знаю! Раввин тряхнул пейсами и заулыбался: — Рад, искренне рад, что не только иудеи таки по-доброму относятся с почтеннейшему ребе Мойше из Вильны. А Сара, Сара, его племянница, еще не вышла замуж? — Сара, Сара… такая темненькая плотненькая хохотушка? — Что вы, любезнейший! Плотненькая – это Роза. Сара – совсем наоборот. — Ах да, да… Такая бледная меланхоличная особа, вечно погруженная в печаль. — Да, да! Верно вы заметили – бледная. Таки вы знаете Сару! — Выходит, да, знаю. Знаете, ребе, не подскажете ли подходящий для проживания постоялый двор здесь, на Казимеже? А то в той корчме, где я сейчас живу, слишком уж людно и шумно. Раввин почесал подбородок: — У нас мало кто пускает к себе иноверцев. Разве что… постойте, постойте! Да, обратитесь к старому Фельдману, я скажу, где живет. Еще есть такой Гершль Капустник… Следы «каторжника» нашлись как раз у Капустника. Именно Гершль сдал некоему господину Мариушу Врейховскому второй этаж своего дома, весь второй этаж, ведь постоялец заплатил щедро, тем более за неделю вперед. Жаль вот, уже третий день не объявлялся, верно срочно уехал и не предупредил. — Заходил ли к нему кто-нибудь? – У Капустника была не столь уж и редкая манера переспрашивать, а то и задавать вопросы самому себе, причем от имени собеседника. – Да, пару раз заходил. Такой, знаете ли, господин с вислыми усами. Совсем не похожий на шляхтича. Совсем-совсем не похожий. Как раз вчера приходил – и не застал пана Врейховского дома. — Вчера заходил, говорите… А на кого похож? — Не знаю. Может, на мелкой руки купца, такого, знаете ли, не цимес. Или, скорей, на приказчика. Плащик такой старенький, потертый. Да, а лицо суховатое, желтое. — Угу… — Сдать покои вам? – Гершль покашлял в кулак и оправил длинный темно-синий кафтан. — По талеру в день. — По талеру… Но если вдруг вернется пан Врейховский? — Если вернется, я тут же съеду, – с улыбкой заверил Вальтер. – Вещи его можете не убирать. Полтора талера в день. — О, вот сразу видно честнейшего и порядочного человека! Прошу, господин… — Называйте меня – Ян. Просто Ян из Вильны. Да, вот вам еще талер! Дом Гершля Капустника имел довольно узкий фасад, зато был вытянут вглубь двора, правда, на жилой площади «целого этажа» это отразилось мало: большую его часть составляла устроенная запасливым Гершлем кладовка, а то, что оставалось для проживания, можно было назвать простым и емким словом – каморка. Влезали туда только узенькая кровать, колченогий стул да у самого окна – столик. Единственный плюс – отдельный вход. С улицы на второй этаж вела особая лестница, темная и весьма крутая. Очень удобно для тайных встреч! Лестницу эту первым же делом Вальтер загородил сундучком, найденным в комнате под кроватью. Чтоб никто не смог неслышно подняться. Засов на двери, конечно, имелся, но ведь можно было зайти и со двора. А туда пробраться просто – перемахнув через ограду. Для ловкого и тренированного человека пределов нет! |