Книга Курс на СССР: Переписать жизнь заново!, страница 89 – Андрей Посняков, Тим Волков

Я заметил старичка. Он медленно пробирался между столиками, сжимая в дрожащей руке скромный букетик осенних астр. Живые цветы в такую пору были редкостью и стоили, наверное, целое состояние. Старичок, наверняка, работал с позволения администрации ресторана и отстегивал им процент, скорее всего весьма немаленький. Зато какой сервис! Сидишь с девушкой за столиком, а тут тебе и цветочки подносят: «купи, сделай приятное своей второй половинке».

Метель проследила за моим взглядом, и ее глаза блеснули.

— Вот мое второе желание, — ее голос прозвучал тихо, но с ледяной отчетливостью. — Купи мне цветы. Эти.

Я отшатнулся, будто меня ошпарили.

— Зачем ты это делаешь⁈ — прошептал я. — Тебе же не нужны эти цветы! Ты просто издеваешься!

Она откинула голову назад, и ее смех потонул в музыке. Но взгляд оставался холодным и непреклонным.

— Это. Мое. Желание. — она отчеканила каждое слово. — Или журналист Воронцов не держит слово?

Ненависть подкатила к горлу. Я хотел развернуться и уйти, бросить ей в лицо что-то резкое. Но не мог. Я был в ловушке. В ловушке собственного слова, данного сгоряча, чтобы спасти друга. И Метель мастерски этой ловушкой сейчас пользовалась.

Вот уж действительно Метель. Холодная, безжалостная…

Стиснув зубы, я отцепил от себя ее руки и нервно направился к старичку. Не спрашивая цену, вытащил из кошелька все деньги, что были с собой, и купил тот самый букетик.

— Спасибо, сынок, — просипел старик радостно, похоже, он уже и не надеялся сегодня заработать.

Я шагнул к Метели и, жестко глядя ей в глаза, едва сдерживая желание швырнуть их в лицо, сунул цветы ей в руки. Она приняла их с театральным, сладким удивлением, поднесла к лицу, делая вид, что вдыхает аромат. Ее глаза разыскали Наташу через зал и засияли торжеством.

— Спасибо, Сашенька, — нарочито громко сказала она. — Они прекрасны. Как и наш танец.

Внутри у меня все сжалось. Я понимал, что это только второй акт ее маленького спектакля. И где-то там, в ее хитрой голове, уже зрело третье, самое главное желание, которое я должен был безоговорочно выполнить.

Громкая музыка и отвлекающие разговоры Метели сделали свое дело, и я не сразу заметил, что Наташа исчезла. Еще секунду назад она танцевала с Гребенюком, а теперь он с растерянным видом стоял один среди танцующих пар.

— Наташа! — крикнул я, выискивая ее в толпе, и обратился к Гребенюку — Где она?

Тот лишь пожал плечами. Я рванул к выходу, расталкивая танцующие пары.

Выскочил на прохладный вечерний воздух, огляделся. На противоположной стороне улицы на остановке я увидел Наташу, побежал, но не успел. Подъехавший автобус быстро впустил пассажиров, двери захлопнулись и, оставив за собой облако выхлопного дыма, резво покатил по ночному городу. За стеклом мелькнуло ее бледное, обиженное лицо. Она посмотрела прямо на меня, а потом отвернулась.

— Наташа! Стой! — я крикнул и бросился вдогонку, но конечно же не догнал.

Твою мать!

За моей спиной послышались тяжелые шаги.

— Сань, ты чего это сегодня? — озадаченно спросил Гребенюк, вытирая пот со лба. — Вроде нормально отдыхали, танцевали, а потом ты с этой Метелью… Зачем ты вообще с ней пошел танцевать? Еще и при Наташе… Странный ты какой-то.

— Я не мог отказаться! — ответил я, сжимая кулаки. — У меня не было выбора, понял⁈