Книга Курс на СССР: В ногу с эпохой!, страница 20 – Андрей Посняков, Тим Волков

Бабушка покачала головой, но в её глазах вспыхнул интерес.

— Какая уж тут техника… Всё старое, — она вздохнула и неожиданно отступила от двери, приглашая нас в прихожую. — Проходите, не стойте на лестнице. Холодно.

Мы втроём втиснулись в узкое, тёмное пространство, пропахшее варёной картошкой. Старушка закрыла дверь и, опершись на палку, внимательно нас оглядела.

— Скажите, милок, а этот телефон… беспроводной… — она произнесла это слово с осторожным почтением, как нечто волшебное. — Он правда будет у людей? Не в кино, а вот так, чтобы купить?

— Конечно, бабушка, — отец снова улыбнулся, но на этот раз улыбка стала теплее, искренней. — Мы как раз над этим и работаем.

— И… дорого ли он будет стоить? — спросила она, понизив голос до конфиденциального шепота, словно боялась спугнуть саму возможность. — Я, знаете, пенсию получаю небольшую… Хорошо, если б рублей пятьдесят… Еще можно. Но не дороже. С похоронных возьму. А то внуки у меня в Архангельске, сноха… Звонки по междугороду, это же целое состояние. Да и на переговорный не находишься. А так взяла бы аппаратик, позвонила им, прямо из кухни…

Отец замялся, бросив на меня быстрый взгляд. Цены не существовало даже в проекте.

— Цену еще не утвердили, — дипломатично сказал он. — Но мы стараемся, чтобы он был доступным. Как можно более доступным.

— А пользоваться-то сложно? — не унималась старушка, и в ее глазах читалась уже не просто любознательность, а настоящая, житейская надежда. — Я вот с этим, с диском… вечно цифры путаю. А тут?

— Ничего сложного, — подхватил я, чувствуя странный ком в горле. Эта простая, трогательная вера в чудо техники так контрастировала с мрачной тайной за соседней дверью. — Нажал кнопки с номером — и всё. Как на калькуляторе.

— И в Архангельск… тоже можно? — переспросила она, желая удостовериться в самом главном.

— Можно, бабушка, — твердо сказал отец. — Обязательно можно. Прямо из кухни. И в Архангельск, и в Магадан.

Она покачала головой, и на ее морщинистом лице расплылась счастливая, почти детская улыбка.

— Вот это да… Техника… Так вы говорите, без проводов… Удивительное дело. Вот у меня, в комнате, жилец как раз такой же, инженер. Связист. Тоже про всякие сети без проводов рассказывал. Вечно с какими-то ящиками возится.

У меня похолодело внутри. Я встретился взглядом с отцом. Улыбка медленно сползла с его лица, сменившись напряжённым вниманием. Коля замер, не дыша.

— Инженер? — осторожно переспросил отец, делая вид, что просто поддерживает беседу. — Интересно. И часто он… с ящиками этими дома?

— Да кто его знает, — махнула рукой бабушка. — Редко его вижу. Вечно в командировках. Спит, бывало, тут, а потом, хвать вещи, и на неделю, на две исчезает. Говорит, по области линии проверяет. Комнату у меня снимает. Тихий, не пьёт. Платит исправно. Вот только шум от него этот… не то чтобы громко, а вроде как жужжит что-то. Я по началу думала, холодильник новый купил, старый-то у меня уже двадцать лет стоит. Ан нет, говорит, аппаратура у меня такая, для работы.

Она повела нас по короткому коридору, уставленному старой мебелью, и показала на одну из дверей.

— Вон его комнатка. Сейчас-то его нет, уехал давеча. Наверное, опять по линиям своим.

Мы застыли у заветной двери. Коля, не говоря ни слова, поднял портативный приёмник. Стрелка на шкале, до этого лениво покачивавшаяся, резко дернулась и замерла, упёршись в крайнее деление, указывая прямо на дверь. Тихий, но отчётливый треск послышался из динамика. Тот самый ритмичный сигнал, только сейчас приглушённый дверью.