Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
— Это эти-то дуры — общество?! — А у тебя есть другое? — Нет… Слушай, а ты вообще не дурак. — Спасибо. — Юноша шмыгнул носом. — Ишь как мы с тобой отвешиваем друг другу комплименты. Прям как в той басне — «кукушка хвалит петуха, за то что хвалит он кукушку». — Никогда не слышала такой поговорки. — Ничего, услышишь ещё, какие твои годы? — Знаешь что, Баурджин? — Девушка приподнялась на локте. — А давай искупаемся. — Давай… И оба, пробежав по шёлковой высокой траве, с разбегу бросились в реку, поднимая жемчужно-пенные брызги. Вода оказалось тёплой, приятной и такой прозрачной, что виден был и песок на дне, и чёрные, затянувшиеся зеленоватым илом коряги, и самые мелкие камушки. — Ух, здорово как! Давай до того берега? — Давай, поплыли… Не столь уж и широка была река в этом месте, но всё же, пока плыли, утомились, вылезли отдышаться и долго сидели на песке, тесно прижавшись друг к другу. — Джэгэль-Эхэ, — погладив девушку по спине, прошептал Баурджин, — тебе кто-нибудь говорил, что ты очень славная? Джэгэль-Эхэ фыркнула: — Говорили и не раз… Ой, шучу, шучу! Ты — первый! — Можно, я тебе ещё раз поцелую… всё твоё тело… — Зачем ты спрашиваешь? И снова страсть, вспыхнув, словно сухая трава, охватила обоих, заставив остатками разума искать укромное место — мало ли, кто мог появиться на том берегу реки… или на этом. Они укрылись в жёлтых кустах жимолости и любили друг друга долго, страстно и нежно, так, что маячивший в небе коршун, словно устав завидовать влюблённым, камнем полетел вниз… — А ведь его кто-то подстрелил! — проследив падение птицы усталым взглядом, встревожилась Джэгэль-Эхэ. — Ну да! Видишь, как он кувыркается? На добычу так не падают. — Зачем стрелять в коршуна? Это же не дичь. — Не знаю, — девушка зябко повела плечом, — может, на спор? Знаешь, наверное, хорошо, что мы сейчас здесь, в кустах… — Конечно, хорошо, — жёстко прошептал Баурджин. — Взгляни на тот берег! Он сам приподнял ветку… На противоположном берегу, на том самом, прокрытом цветами лугу, виднелись трое всадников на сытых конях. Ещё двое, спешившись, деловито арканили лошадей Баурджина и Джэгэль-Эхэ. — Что они творят? — возмущённо прошептала девушка. — Эх, жаль, у меня нет с собой лука! — У нас вообще с собой ничего нет, — шёпотом напомнил Баурджин. — Даже одежды! Между тем чужаки заарканили-таки оставленных коней и, подобрав брошенную купальщиками одежду, неспешно поехали вдоль берега, держа наготове длинные боевые луки. Нет, эти всадники отнюдь не были простыми скотоводами: о том неопровержимо свидетельствовали их латы из крепкой воловьей кожи, тяжёлые сабли в красных сафьяновых ножнах и сверкающие на солнце шлемы. Точно такие же рисовали на картинках, изображающих древнерусских богатырей: Илья Муромца, Добрыню Никитича и прочих. — Нас ищут, — выдохнула Джэгэль-Эхэ. — Господи Иисусе, как хорошо, что мы с тобой… — Да, — кивнул Баурджин. — Хорошо, что мы вовремя спрятались. А представь, сидели бы сейчас на песке, как цуцики? Не успели бы и убежать — стрела быстрее. Как ты думаешь, кто это? — Думаю, монголы… Какой-нибудь тайджиутский род. Нам повезло, что они язычники и почитают воду. Так бы, может, тоже решили б поплавать. — А если б нас увидели купающимися? — Убили бы, в том никаких сомнений. Однако что толку болтать, когда нужно действовать! |