Книга Орда (Тетралогия), страница 379 – Андрей Посняков

— Хотите эту девочку, господин Бао?

— Хочу, — и в этот раз не стал отнекиваться нойон.

Близость с Си Янь оказалась довольно быстрой и вовсе не такой изысканной, как совсем недавно — с Сю Жэнь. То ли девчонка устала, то ли сам князь думал не о том, а скорее — и то и другое вместе. В общем, красивого и бурного секса не получилось, да Баурджин вовсе не за этим и пришёл.

— Ну, милая моя Си Янь, о чём там тебя расспрашивали?

— О смотрителе восточной уборной, мой господин.

— О ком, о ком? — Баурджин удивлённо выпучил глаза.

— О смотрителе уборной... Он, видите ли, бесследно исчез!

Нет, наш господин ни в посев не знал,

Ни в жатву не знал труда, —

Откуда же триста амбаров его

Наполнены хлебом тогда?

Песнь о трудолюбивом дровосеке

и советнике князя

— О, господин Ба Дунь! Любезнейший мой господин Ба Дунь, поистине, это великое счастье, что я вас наконец-таки разыскал!

— Что вы такое говорите, господин Бао Чжи? Разыскивали меня? Обычно это я всех разыскиваю, — ухмыльнувшись, пошутил восстановленный в должности шэньши, вовсе даже не сыщик, но человек умный, очень умный, такого на мякине не проведёшь.

— Ну, не стойте же, дражайший Бао, присаживайтесь. — Сидевший за столом в небольшом казённом помещении левого крыла дворца градоначальника Ба Дунь улыбнулся и приветливо махнул рукой. — Давайте уж попросту, на правах доброго приятеля, безо всяких церемоний. Садитесь же и рассказывайте, что вас ко мне привело?

— Ой, не знаю, как и сказать. — Баурджин тяжело опустился на скамью для посетителей. — Ой, боги, боги, неужели вы от меня отвернулись?

— Что такое? — Чиновник вскинул глаза. — Да на вас просто лица нет, господин Бао! Вот, не угодно ли водички испить? Чан, эй, Чан!

Громко затопав, в кабинет вбежал вооружённый до зубов стражник.

— Принеси-ка этому господину воды, Чан, — распорядился Ба Дунь. — Да побыстрее. И не топчись тут, сколько раз уже тебе говорить?

— Слушаюсь, господин начальник!

Вытянувшись, Чан проворно метнулся прочь, и не прошло и нескольких секунд, как он вбежал обратно с глиняной кружкой воды:

— Вот!

— О, благодарю!

— Можешь пока быть свободен, Чан.

Немного потоптавшись, воин ушёл, оставив после себя на полу следы налипшей на обувь грязи. Баурджин тем временем быстро пил воду долгими судорожными глотками — по его мнению, именно так и должен себя вести мирный, потрясённый до глубины души обыватель, явившийся за помощью в столь одиозное ведомство.

— Ну... — Дождавшись, когда посетитель поставит опустевшую кружку на стол, Ба Дунь шмыгнул носом. — Что там у вас стряслось, любезнейший господин Бао Чжи?

— Ограбление, вот что! Самое настоящее ограбление! Ой... — Затравленно оглянувшись, Баурджин резко понизил голос. — Я надеюсь, господин Ба Дунь, это всё останется между нами... знаете, я ведь торговец — наверняка пойдут всякие нехорошие слухи по поводу моей финансовой несостоятельности, а ведь это вовсе не так!

— А, — понятливо кивнул чиновник. — Значит, не всё украли.

— Не всё, но многое. Вот, я написал список! — Дрожащими руками нойон протянул листок жёлтой бумаги, густо испещрённый написанными «сумасшедшей скорописью» иероглифами. Сей стиль письма был недоступен полуграмотным недоучкам, а вот Ба Дунь, похоже, его осилил, отчего Баурджин его ещё больше зауважал, а про себя подумал — правильно сделал, что сам пришёл, иначе бы...