Онлайн книга «Месяц Седых трав»
|
— Что-о?! Что вы задумали?! Аракча не успел даже дотянуться до сабли, как получил смачный удар в челюсть, причем сразу с обеих сторон! Ох, как лихо он выкатился наружу! Прямо снежный ком, а не воин. И слышно было, как побежал жаловаться в соседнюю юрту – обидели, мол. Баурджин ухмыльнулся: — Вот ябедник! Эй! – Он посмотрел на остальных. – Чего сидите? Давайте-ка к очагу – тоже закатим пир! — И впрямь, – поддержал Кэзгерул. – Чем мы хуже? Кочевники – молодые парни – смотрели на побратимов, округлив глаза. Одни с неодобрением, другие – с испугом. Но были и такие, в чьих взглядах читалось явное восхищение. Те-то и уселись у очага. — Пировать так пировать. Только, думаю, сейчас явится Жорпыгыл. — Ну, явится и явится. Пригласим на пир и его! И точно, снаружи послышались шаги и возмущенные крики. Баурджин, улыбнувшись, протянул руки к очагу – погреться. Они ворвались, вошли с саблями наголо, с копьями. Первым шагал Оглан-Кучук, за ним – с осторожностью – Жорпыгыл, ну а сбоку крутился обиженный Аракча. — Вон они, вон, – Аракча заканючил жалобно-злобно. – Меня назначили старшим, а они… они… Их надо немедленно убить, убить, переломать обоим хребты… — Не заколебешься хребты-то ломать, шакалюга? – нагло скривился Баурджин. – Ну, подойди, подойди – еще разок схлопочешь по морде! Жорпыгыл зло прищурился – и так-то глазенок не было видно, а уж теперь – как и смотрел? Как в танковую щель. И вероятно, что-то нехорошее замыслил, засранец! Предваряя возможный эксцесс, Баурджин вытащил из очага искристую головню и широко улыбнулся: — Скучновато здесь что-то! Юрту, что ли, поджечь, а, братец? Представляешь, как обрадуется этому огоньку хан Иначн-Бильгэ. Давненько у него не было столь веселой охоты! Жорпыгыл изменился в лице. Вот этого ему только и не хватало! Потом по всему племени будут говорить, что сын старого Олонга не может справиться со своими людьми! Они, мол, его не слушались, все перепились, устроили драку и даже чуть не сожгли весь лагерь! Нечего сказать, добрая пойдет слава! — Ну, так что ты стоишь, вождь? – Кэзгерул весело ухмыльнулся. – У нас есть кумыс. Садись к очагу, выпьем. — Я выпью в другом месте, – сдерживая злобу, прошипел Жорпыгыл. Впрочем, он тут же взял себя в руки и даже изобразил что-то вроде улыбки. – Впрочем, не буду вас оскорблять, давайте ваш кумыс. Пируйте. Но не забывайте, что завтра охота. — Мы не подведем тебя, вождь! Встав, побратимы приложили руки к сердцам и поклонились. Все приличия, таким образом, были соблюдены, и Жорпыгыл мог теперь спокойно уйти – что и сделал. Аракча, похоже, еще не до конца осознал, что произошло, и даже попытался забрать свой бюрдюк с кумысом. Ой, зря! Ребята-то ведь настроены были немного попировать, расслабиться. Бдительный Баурджин тут же хлопнул несостоявшегося старшего юрты по руке: — Э, ядовитый шакал! А ну, руки прочь от кумыса! И обернулся, подмигнул: — Гуляем, парни! Гуляли, впрочем, недолго – во-первых, кумыса оказалось мало, а во-вторых – все ж таки не хотелось вот так сразу подводить Жорпыгыла Крысу, хотя, наверное, и стоило бы. Нет, рано. Пока – рано. Да и планы сейчас у Баурджина-Дубова были не те. Просто хотелось повербовать сторонников. И это, похоже, удавалось. Пастухи с южных пастбищ, здоровенные неразговорчивые парняги Юмал и Кооршак, на которых так неудачно наезжал Аракча, хлебнув кумысу, заметно повеселели и даже попытались затянуть протяжную песню «уртын дуу». |