Онлайн книга «Отряд: Разбойный приказ. Грамота самозванца. Московский упырь»
|
И точно — словно услышав его слова, повысовывались из окон домов озабоченные мамаши, загоняя домой своих припозднившихся чад: — Огюст, быстро домой! — Мишель. Мишель, зайчик мой! — Рене-Жан! — Огюст, я кому сказала? — Мишель, останешься без ужина! — Рене-Жан! — Огюст, сейчас отец розги возьмет! Иван улыбнулся и осмотрелся вокруг — спросить, где тут постоялый двор. Позади как раз шла какая-то девушка в голубой бархатной шапочке и таком же переднике поверх полотняной рубашки и длинной юбки в крупную черно-желтую клетку. Симпатичная такая крестьяночка с милым приветливым личиком, вся аккуратненькая, на щечках ямочки и сабо этак по мостовой — цок-цок-цок. — Вы что-то спросили, месье? Ах, постоялый двор? Конечно есть. Поезжайте за мной, господа, я покажу! Приятели обрадованно переглянулись. Таким вот макаром и двинулись дальше: впереди — девушка (сабо — цок-цок-цок), а за нею, не торопясь, трое всадников на конях (тоже — цок-цок-цок, только уже не сабо, копыта!). Солнце садилось, казалось, прямо в прибой, глубокий багрянец заката, отражаясь, горел в окнах домов, а улицы пересекали длинные аспидно-черные тени. Городские строения быстро закончились, а улица незаметно превратилась в немощеную дорогу, обычный сельский проселок. — Далеко еще, мадемуазель? — догнав провожатую, поинтересовался Иван. — О, нет-нет, месье. — Девушка обернулась. — Уже считайте, что пришли. Во-он он, постоялый двор, в рощице. Посреди небольшой кленовой рощицы и впрямь виднелось какое-то приземистое строение… очень может быть, что и постоялый двор. Только вот странность — ни одно окно не горело. Ни свечечки, ни огонька! — А там никого сейчас и нет, — с улыбкой пояснила провожатая. — Вы — первые гости. — Как, вообще — первые? — подозрительно переспросил Митрий. — Да нет. — Девчонка расхохоталась. — Всего лишь в этом месяце. Сбор урожая, знаете ли, потому и мало постояльцев. Ну вот и пришли. Она остановилась перед высокими двухстворчатыми воротами, такое впечатление — запертыми. Ну да, конечно, запертыми — присмотревшись, Иван разглядел изрядный навесной замок. — Сейчас откроем! — Девчонка проворно вытащила из-под передника ключ. — Помогите-ка… Прохор и Митька быстро спешились и наперегонки бросились на помощь. Иван, морщась, сидел в седле и осматривался — больно уж подозрительным выглядел этот постоялый двор. Какой-то захудалый, маленький. Не то что огней не было, так еще и съестным не пахло. Ну, ясно, какое съестное, когда на воротах — замок? — Заходите, заходите. — Поднявшись на невысокое крыльцо, девушка гостеприимно отворила дверь. — Сейчас, только зажгу свечи. Внутри неожиданно оказалось очень даже уютно — пусть и тесновато. Солидный овальный стол с кружевными накрахмаленными салфетками, бронзовые подсвечники, стулья, обитые мягкой струящейся тканью стены. — Пожалуйста, немного подождите. Сейчас я разожгу очаг и что-нибудь вам приготовлю. — Постойте-ка, мадемуазель! — Иван загородил девчонке проход. — А где, собственно, хозяин всего этого заведения, где слуги? — Ох, не зовите меня мадемуазель, сударь! — Девушка неожиданно вздохнула. — Зовите мадам Бюссе… А лучше — просто Жаннет. Я, видите ли, уже год как вдова, и этот постоялый двор — все, что осталось от покойного мужа. — Ах, вот оно что! — улыбнулся Иван. — Теперь понятно… Слуг, конечно, не держите? Дорого. |