Книга Капитан-командор, страница 128 – Андрей Посняков

— Или — слуги, — задумчиво дополнил Андрей. — Кстати, жерди они тоже должны где-то прятать — не карабкаться же с флажками на дуб! Не очень-то удобно, да и быстро действовать невозможно. Нет, жерди они тоже прячут, может быть даже во-он в тех кустах. Или — в папоротнике.

— Идемте, посмотрим. Вдруг да найдем?

Они обшарили почти всю траву и орешник, но так ничего и не нашли — ни жердей, ни флагов, разве что обрывки льняной бечевки, которою, конечно, могли бы использовать и сигнальщики… а могли и просто крестьяне. И пастухи…

— Здесь еще кладбище недалеко.

Капитан усмехнулся:

— Ну на кладбище они вряд ли прячут. Хотя… все может быть, глянем и там… А скажите-ка, месье Дюпре, нет ли тут поблизости — именно поблизости — какого-нибудь сарая? И не простого, а чтоб запирался, чтоб сторож был? Вы только представьте, ежели б эти флаги нашел какой-нибудь пастух или крестьянин? Это ж какое богатство-то! Столько ткани привалило! И вряд ли это тяжелое и грубое сукно. Скорее — полотно тонкой выделки, а то и шелк!

— Шелк! Ну вы и скажете. А сарай, наверное, где-то есть — рядом с часовней Нотр-Дам де Грас. Сейчас туда и сходим.

Изящная, сложенная из желтовато-белого кайенского камня часовня с полукруглыми абсидами и невысокой башенкой — колокольней, по фасаду была украшена резными узорами, а прямо над крыльцом под свинцово-серой, по виду напоминавшей панцирь черепахи, крышей, располагалась ниша с Мадонной.

Внутри не было никого — пустой гулкий зал, скамейки, витражи, статуи… и деревянные кораблики — модели, и — многочисленные дощечки с надписями «Мерси» — «Спасибо». Моряки благодарили свою Святую Деву, знать было — за что.

— Здравствуйте, господа, — звучно приветствовал посетителей заглянувший в часовню высокий сухощавый монах в коричневой рясе. — Рад, что не забываете нашу Мадонну.

— И вас да не оставят своими милостями Иисус и Святая Дева, отец Анатоль, — склонив голову, вежливо ответил Дюпре. — Шли вот, заглянули, товарищей погибших помянуть, помолиться за их души.

— Хорошее, богоугодное дело, — отец Анатоль ласково покивал, сложив на груди руки, смуглость которых еще больше оттеняла изящный серебряный крест. — Говорите, просто зашли?

— Да, сейчас уезжаем — дела.

— И я ухожу, — улыбнулся священник. — В соседнюю деревню собрался, навестить паству.

— Жаль, не по пути, — месье Дюпре с сожалением причмокнул губами. — А то б поговорили.

— Жаль, — спокойно согласился отец Анатоль. — Жаль.

— А то вот мы думали чем-нибудь помочь, — главный ополченец улыбнулся. — Крышу перекрыть или еще что-нибудь. Не течет крыша-то?

— Да, слава Пресвятой Деве, нет.

— А в пристройке? Или… у вас, кажется, сарайчик есть?

— Да есть, — опустил веки священник. — Наш пономарь, Жак, им занимается, он и выстроил — хранит там лопаты, грабли…

— Надо же — пономарь, — Дюпре покачал головой. — Такой длинный, нескладный парень? Ему передавала поклон тетушка Дарисса, та, что живет в старом доме возле церкви Святой Катерины.

— А он как раз туда и отправился, в город, — развел руками отец Анатоль. — Небось, зайдет к своей тетушке наш добрый пономарь Жак.

— А, ну зайдет — тогда, конечно… Нам, кстати, тоже пора.

— И мне, дети мои. И мне.

Простившись со священником, Громов и Дюпре еще минут пять выждали, пока тот не скрылся из виду, а уж затем принялись искать сарай, который обнаружили далеко не сразу — в густых зарослях орешника напротив часовни.