Онлайн книга «Меч времен»
|
— За Новгород и Святую Софью! Голосистые, мать их… Аж завидно. Ну битва, ну красотища — прямо историческое кино! Миша поискал глазами своих — да так никого и не увидел, ни «князя» Сашку, ни Юрку — «Ратмира», ни Петьку-Ведро — «боярина Гаврилу Олексича». Где их носит-то? Хотя, поди-ка, разберись тут. Ладно, потом найдутся… Вдруг затрубили трубы, и радостный громкий вопль раздался над всем мысом — рухнул подрубленный кем-то вражий шатер. Все, как по-писаному… А уж шатры… Где уж они только такие достали? Одно слово — столица. Ладно, хватит любоваться! Заметив, как сразу трое вражин бросились на одного своего — высокого парня с вьющимися белыми кудрями, выбивающимися из-под шлема. Прикинут парень был неплохо — светлая, видать, тщательно начищенная, кольчужка до колен, червленый треугольный щит с золоченым рисунком в виде проросшего креста, синий, с золотым узорочьем, плащ. Двое шведов с копьями в руках одновременно напали на дружинника спереди, третий же пытался оглоушить парня сзади, крутя в руках палицей. И оглоушил бы! Кабы не ринулся на выручку своему Михаил. В раж вошел! Поднял над головою клинок, заорал: — За Новгород и Святую Софью! Налетел вихрем — одному по копью шарахнул, другому, крикнул парню: — Берегись! Сзади! Тот быстро обернулся — и вовремя! Шведская палица едва не угодила ему в голову… — Спаси тя Бог, друже! — Не за что! Михаил ловко отбил натиск обозленного рыцаря. И на него тут же бросился второй. Ах вы, гады! Один удар… Второй… Третий… Хорошо, Миша успел подобрать брошенный «свеном» щит… Вражеский меч застрял в нем, едва не разрубив пополам. Однако! У москвичей что же, клинки заточены? Тупым так точно не разрубишь! Ну отморозки… Так ведь и до беды недалеко! — Справа, друже! — это крикнул тот парень, кудрявый, улыбнулся, взмахнув окровавленным клинком. Михаил повернулся, подставил клинок под секиру… Хороший меч — выдержал! А уж у шведа-то как округлились глаза! Видать, не ожидал… — В полон его, друже, в полон! — радостно заорал кудрявый. И что-то добавил по-немецки. Нет, скорей уж по-шведски. А ситуация — Миша краем глаза увидел — уже — прямо на глазах — изменилась. Наши побеждали — да так и должно было быть по сценарию. — За Новгород и Святую Софью!!! Уже появились вокруг рыцарей свои — новгородцы-дружинники. Кудрявый снова что-то бросил по-шведски, даже поклонился вражинам. Те — интересное кино! — тоже в ответ поклонились. Протянули мечи. Один — кудрявому, второй — Мише. — Полоняники наши, друже, — радостно улыбнулся кудрявый. Махнул рукой ратникам: — Уведите обоих, потом ужо разберемся с ними… И снова с улыбкой взглянул на Михаила: — Добро бьешься! Хоробр! Цтой-то я тебя не припомню? Он так и сказал — не «что-то», а «цтой-то» — так именно и говорили древние новгородцы, «цокали» вместо «ч» — «ц», а еще добавляли в слова лишние гласные. Миша об этом знал — все ж историк. Ну, москвичи, молодцы — все точно изобразили. — Ты из каких будешь? Уж точно не наш? Пелгусьев, цто ль? — Я сам по себе… точнее — мы. — А, — парень улыбнулся во весь рот. — Из охочих! Поди, своеземец, с дальних земель? — Лэтенант я, старшой, — ухмыльнувшись, пошутил Миша. — Михаил я, а ты кто? — Так и знал, цто своеземец. А меня Сбыславом кличут… Сбыславом Якуновичем, — парень гордо подбоченился. — Слыхал? |