Онлайн книга «Меч времен»
|
Миша снова обратил внимание на заросли — ольха, ива, рябина — такое впечатление, что тут вообще не ступала нога человека! И это, можно сказать — Питер! Пусть даже и окраина. Но все равно — безлюдье редкостное. Куда все делись-то? И это… электричек не слышно. Вот совсем! Сколько ни прислушивайся. Вот так, в тишине, все шли и шли, на реку поглядывая… И река-то казалась пустой — ни корабля, ни катера, ни даже рыбачьей лодочки. — Нет сейчас рыбачков, — словно подслушав мысли, обернулся Сбыслав. — Свеев убоялися. — Слушай, а, может, хватит? — наконец не выдержал Михаил. — Не знаю, может быть, у вас там, в Москве, свои правила, а у нас — по-простому: кончил дело — гуляй смело. Короче говоря — после битвы не грех и выпить! — А это ты верно молвил, друже! — сын тысяцкого радостно улыбнулся. — Конечно, выпьем. Посидим, погулеваним… Вот, токмо княжий указ выполним. Он ведь дело говорил, князь-то: Биргер — воевода опытный. — Ты сам-то откуда? — Михаил вновь пристал с разговором. — Я ж говорю — с Новгорода, Господина Великого… Да ты ж батюшку моего, тысяцкого, знаешь! — Да знаю, — Михаил сплюнул. — А князь что, с Москвы? — Москва? — недоуменно переспросил Сбыслав. — А, ведаю — есть такой городок в земле Владимирской. — В земле Владимирской, — со вздохом повторил Миша. — Ладно, наиграетесь — скажете. В это время забежавший вперед пацан вновь обернулся и предупреждающе махнул рукою: — Шнеки! — Всем затаиться, — передал по цепочке Сбыслав, сам же бросился в ольшаник, осторожно развел рукой ветви… Михаил, естественно, за ним… Интересное было зрелище — на излучине реки, уходя, маячили старинные корабли, чем-то напоминавшие драккары викингов, только не с таким изяществом обводов и значительно более объемные, толстые. Корабли — целая флотилия — быстро уходили прочь, по очереди скрываясь за мысом. — Не пристали, — утерев пот, перевел дух сын тысяцкого. — Инда теперь вертаем обратно. Дале пущай пелгусьевы люди… Дождавшись, когда скроется с глаз последнее шведское судно, отряд Сбыслава Якуновича после краткого отдыха отправился в обратный путь. Все так же — берегом. Михаил уже устал удивляться, гадая — где хоть они вообще есть? Что-то он совсем не узнавал местность — ни домов не было, ни железной дороги… Что за глушь-то? И — самое главное — где? Под самым Питером! Снова не выдержал, нагнал Сбыслава, спросил: — То — Нева-река, а то — Ижора, — спокойно пояснил тот. — Ижора — сие племя такое, народ, как раз в этих местах живет. — Да знаю я и про Неву, и про Ижору, — разозлился Миша. — Ты мне скажи, где платформа, станция? Железная дорога где? Усть-Ижора, Рыбацкое, Колпино? Да, завод же где-то должен быть — что-то не видно, чтоб трубы дымили. Скажешь — кризис? — Рыбацкое? — Сбыслав явно чего-то не понимал. — Не, рыбаков сейчас нету… свеев убояшеся! Вот и поговори с таким! Впрочем, и другие не лучше — отвечали так же, либо вообще молчали, пока Михаил, наконец, не оставил всяческие попытки хоть чего-то добиться. Махнул рукой: да ну вас всех на фиг, опосля разберемся, а сейчас без стакана, похоже, все равно ничего не поймешь. Так и шли дальше, Миша, посматривая по сторонам, молчал да вполуха прислушивался к разговорам идущих рядом дружинников. А те много не болтали — затянули вдруг песню: |