Онлайн книга «Крестоносец»
|
В приемной послышались шаги. — Ну? — Михаил обернулся. — Узнал? — Узнал! Обед сейчас подадут в трапезную… а уборной тут, похоже, и нет! — То есть, как это нет? — удивился Ратников. — А так! Все за угол ходят… в ров… — Да-а, — Михаил угрюмо вздохнул. — Я и говорю — бардак! После трапезы — вареной рыбы с грибами и просяной кашей, обильно сдобренной проповедями отца Арнольда, новый комтур решительно объявил строевой смотр. Его еще во время пути сюда достали взаимные придирки, разборки и драки, которым нужно было бы как можно быстрее положить конец, ибо Ратникову было совершенно точно ясно, во что это все может вылиться. Как в семнадцатом году в России… Три явившихся вместе с Михаилом из Пскова «копья» сменили весь гарнизон бурга, кроме, разве что, кастеляна и отца Арнольда — эти относились к категории несменяемых. Что же касается остальных, то их уже и след простыл, лишь где-то далеко в лесу слушалась быстро удаляющаяся залихватская песня. Ну, ясно — смена кончилась — чего им тут теперь и делать-то? В этой-то опасной глуши? Пусть теперь новенькие хлебнут лиха. Со скучной рутиной службы, с ничем не ограниченным произволом начальников, с постоянными набегами чуди, с полчищами комаров, наконец! По приказу комтура, все воинство выстроилось в две шеренги — по «копьям»: чудины, эсты и все остальные — бранденбуржцы, баварцы, русские — и с ними забитый мальчишка Эгберт из Любека. Осматривая войско, Михаил угрюмо качал головой. Нет, вооружены-то все были более-менее… Кольчуги, правда, не у всех, так есть кожаные панцири с нашитыми на них металлическими платинами, зато — копья, мечи, секиры — этого добра в полном достатке, как и шлемов, простых, открытых. А вот что касается боевого состояния гарнизона, то с этим дело обстояло не очень. Нет, конечно, Ратников вовсе не собирался учить их чему-то — бою, строю и прочему — но элементарный порядок должен был навести, от этого в буквальном смысле слова зависело все. И жизнь и — скорейшее возвращение в свою эпоху. Во-первых, начинать нужно было с понимания. Эсты понимали немецкий — ливонский диалект, чудины — русский, остальные все — серединка на половинку. Потому Ратников и, не мудрствуя лукаво, отдал команды по-русски, а уж потом Максим переводил — как ни странно, его понимали. Затем Михаил сразу же перетасовал всю колоду, разбавив «чудинское» и «эстское» копья скандальными бранденбургскими лучниками — те против перестановки не возражали — лишь бы не видеть ненавистных баварских рож, оставшихся в третьем «копье» — по имени десятника Ивана Судака Ратников стал именовать его «русским». Караульную службу стали вести по очереди — через день на ремень… нет, тут через два дня выходило. Все же остальные вне наряда вовсе не бездельничали — надзирали за исполнявшими повинности местными жителями — в большинстве, чудинами — лениво ремонтировавшими дорогу, а также ловили рыбу, собиради в лесу грибы и занимались прочими промыслами. Да! И вопрос с уборной Ратников решил в первый же день. Выстроив всех, приказал выкопать две выгребные ямы, установить будки: — Чистить их будет — кто? Нет, не местные… Вы, бездельники! Те, кто спит на посту, спустя рукава выполняет приказы или иным недостойным образом уклоняется от службы господу нашему и Ордену благочестивых рыцарей Святой Марии Тевтонской. |