Онлайн книга «Дикое поле»
|
Глава 3 Лето. Побережье Азовского моря КЛЕЙМО Меня берут за лацканы, Мне не дают покоя… — Как не Артем? — участковый с доктором удивленно переглянулись. — То есть вы хотите сказать — это не ваш сын? — Не мой! — твердо заявил Михаил. — А тогда — кто же? — Ну, это уж у вас надо спросить… — Ратников ощущал сейчас радость, смешанную с острой тревогой, — а куда же тогда Артем-то делся?! Вот тот же вопрос и задал сейчас участковый, причем довольно растерянно, словно бы спрашивал у самого себя: — А где же тогда ваш сын? — Не знаю! — жестко отозвался Михаил. — И признаться, это меня очень и очень волнует! — Но… одежда, вы ж только что сказали — ваша! — Одежда — точно Артема, и майку эту, и шорты я в своем магазине брал. — Может, просто похожи? — Да нет, — Ратников присмотрелся внимательней. — Вот здесь, видите — шов распоролся, Маша — жена — зашивала. — Действительно, зашито… Господи! Ну, дела! И что теперь делать? — А ничего не делать, капитан, — командным тоном заявил Василий. — Объявляйте по вновь открывшимся обстоятельствам розыск. Кстати… — Он живенько вытащил из кармана ксиву. — Я, между прочим, ваш коллега, если уж на то пошло. — Да, товарищ подполковник, — капитан подтянулся. — Все сделаем, вы не сомневайтесь. Ясно — теперь искать надо. Послушайте… — участковый посмотрел на Мишу. — А может, это и не ваш сынок в лагерь приезжал? — Да как же не мой? — Ратников усмехнулся. — Коли я сам его на поезд сажал, вместе со всеми? Не могли же его подменить? Да и к чему? — Всяко бывает… — Капитан прав, — одобрительно кивнул Ганзеев. — Сейчас ни одну версию со счетов сбрасывать нельзя, даже самую дикую. Что ж, докладывайте руководству, Иван Кузьмич, пусть объявляют парнишку в розыск, в райотдел мы с вами поедем, дадим показания. — Да… да-да! — участковый сдвинул на затылок фуражку. — Так и поступим. А тут пока — все… — Да как это все? — кивая на труп, обиженно возразил доктор. — А с этим-то что делать? Василий устало отмахнулся: — Да что обычно. Участковый оформит. Из райотдела милиции приятели вышли изрядно вспотевшими, и не только потому, что был уже полдень. Сотрудницы местного отделения по делам несовершеннолетних — а именно их и бросили, так сказать, на прорыв — надо отдать им должное, отнеслись к новому делу неформально, опрашивали дотошно, до самой последней мелочи. — Эх, гарны дивчины! — купив в киоске водички, с восторгом промолвил Веселый Ганс. — Особенно — та, с косой — Оксана. — С косой, по-моему, Настя, а Оксана — майор, — уточнил Ратников. — Не, майор — Надя. Надежда Петровна. Тоже гарная дивчина. Да все они тут… Хотя, конечно, жаль, что опер по розыску в отпуск уехал. Ну, надо же, нашли время для отпусков — летом! В самое горячее время. — Да ну? — покосившись на друга, Михаил хмыкнул. — А ты-то сам когда обычно отпуск берешь? — Когда начальство дает — в ноябре-декабре обычно. Или в марте. Ну, понимаешь, разные там дела… выговоры… — То-то ты ко мне почти каждое лето ездишь! — Так то не простой отпуск, а дополнительный, по выслуге мне положенный. — Гляди-ка — по выслуге! Старичок ты наш. — Да уж, стаж имею. — Ганзеев горделиво расправил плечи и рассмеялся. — Что-то долго наш водила заправляется. — Видать, полный бак берет. Ты ж сам сказал — в Токмак ехать. |