Книга Око Тимура, страница 118 – Андрей Посняков

— Уважаемый! – Подойдя ближе, водонос вдруг тронул Ивана за рукав. – Я слышал, кого ты разыскиваешь, и мог бы быть полезен.

— Но ты, вероятно, потребуешь за свою услугу определенную плату. – Раничев усмехнулся. – А откуда у монаха лишние деньги?

— Сговоримся. – Водонос ощерился в широкой улыбке. – Я показываю тебе рабов – ты платишь мне три дирхема…

— Два! – перебил Иван.

— Хорошо, два, – покладисто кивнул водонос, – но это только за показ. Если среди всех рабов ты все же отыщешь нужного, заплатишь мне втрое. Согласен?

Раничев, пожав плечами, кивнул. В конце концов, он ничуть не рисковал, занимаясь поисками мифического юноши.

— Тогда идем. – Водонос поудобнее закинул на плечи бурдюк. – Говоришь, светловолосый, с голубыми глазами?

Иван кивнул и вслед за водоносом – звали его Али – зашагал по узким улочкам предместья.

В чистом светло-синем небе ласково светило солнце, отражаясь в прозрачной глади Тунисского озера. Легкий ветерок шевелил листья финиковых пальм, покачивал ветви молодых дубков, образовавших целую рощицу на холме неподалеку от озера. Чуть дальше, на полях и огородах, позвякивая цепями, работали невольники.

— Смотри, – останавливаясь у рощи, показал на них водонос.

Раничев нарочито внимательно осмотрел каждого – поле располагалось совсем рядом и можно было хорошо рассмотреть даже выражения лиц. Следящие за рабами надсмотрщики, увидев на Иване белый балахон с голубым крестом, осмотру не препятствовали. Оно и понятно, выкуп – это святое.

— Гм, – почесал бороду Раничев. – Пожалуй, его здесь нет… Да смотри сам, уважаемый Али, тут вообще не видно светловолосых.

Водонос лишь усмехнулся и предложил пойти дальше. Они не спеша осмотрели встретившуюся на пути колонну пленников – Иван лишь пожал плечами, нету, мол, нужного – потом прошлись по набережной вдоль озера, повернули налево и через христианский квартал вышли к медине, большому рынку, что располагался недалеко от мечети Олив, по мнению Раничева, самой красивой мечети города, ажурно-арочной, чем-то напоминавшей строения Древнего Рима. Среди продаваемых на рынке невольников вообще не было молодых – одни старики да маленькие дети – здесь Али с Иваном даже не задержались. Вообще же Раничеву стало надоедать это бесцельное хождение, водонос оказался человеком неразговорчивым и на все попытки Ивана завязать разговор отвечал односложно либо вообще отмалчивался, причем улыбаться не забывал, мерзавец, видно, надеялся в любом случае получить свои дирхемы.

— Вон там еще посмотри, господин. – Оглянувшись, Али указал на край рынка, где просили милостыню самые убогие рабы в грязных лохмотьях. Ивану, конечно, не было до рабов никакого дела… вот о погонщиках ослов он бы поговорил – как раз от рынка в сторону Баб-Суикских ворот шел небольшой караван – лошади, ишаки, верблюды. Замедлив шаг, Раничев присмотрелся к погонщикам – как на подбор, молодым и сильным парням, ведущим себя… ну как-то не так, как пристало обычным погонщикам. Вон один задел локтем лоток торговца фруктами – сушеные финики рассыпались по булыжникам мостовой, а торговец даже не затеял скандал, вообще не сказал ни слова, лишь, дождавшись, когда караван пройдет, вполголоса выругался. Нет, не все чисто с этими погонщиками ослов! Больно уж они наглые.