Книга Око Тимура, страница 120 – Андрей Посняков

Раничев пожал плечами и со вздохом полез в кошель…

Пришлось изрядно потратиться – получили свое и достойнейший мухтасиб, и водонос Али. Так вот и закончились почти все деньги, выданные на непредвиденные расходы благочестивым кади Зунияром-хаджи. А к цели своих поисков Иван не приблизился ни на шаг.

— Проводить ли тебя к дому уважаемого Фарида ибн-Бея? – спрятав полученные монеты, медоточиво справился водонос.

— Не надо, уважаемый, – отказался Иван. – Раб покажет мне… К тому же я еще и не говорил с ним… может, и обознался.

— Вах, – воскликнул Али и, когда Раничев подошел к валяющемуся в пыли невольнику, проворно юркнул в толпу. Вдруг и в самом деле этот кяфир обознался? Чего же зря расставаться с деньгами? Разве он, Али, их не заработал? Честно заработал – почти полдня таскал за собой неверного по всему городу, а обознался тот или нет – это чужие проблемы.

— Встань, – поджав губы, попросил невольника Иван.

Парень послушно поднялся на ноги – тощий, избитый, грязный, с медным крестиком на шее.

— Благодарю тебя, падре.

— Пустое… Я всего лишь монах. Кто ты и откуда?

— Меня зовут Альдо, Альдо Виретти, я из Венеции…

— И, видно, был матросом на каком-нибудь судне?

— Юнгой, синьор.

— Дальше можешь не рассказывать. – Раничев усмехнулся. – Обычная история – внезапно налетели пираты и вот…Твой хозяин, судя по всему, тот еще пес.

— О да, – юноша помрачнел. – Поначалу я работал у него в усадьбе – рыл колодцы, таскал камни для ограды – там и надорвался. С тех пор Фарид посылает меня сюда просить милостыню… Здесь много таких.

— Я вижу, – мрачно кивнул Иван. – Ума не приложу, что мне с тобой делать? Имей в виду, денег для твоего выкупа у меня нет.

— О, милосердный брат, – неожиданно улыбнулся Альдо. – Спасибо и на том, что вступился за меня… иначе б… – Он грустно вздохнул. – Как твое имя, брат?

— Э-э… брат Иоанн… Не знаешь ли ты какой-нибудь приличной корчмы в христианском фундуке?

— Знаю, – кивнул невольник. – Я расскажу тебе о ней по пути к хозяину.

— А проводить меня в корчму ты не можешь?

— Нет, брат Джованни. Видишь тех парней с мухтасибом? Они присматривают за нами и обо всем докладывают хозяевам.

Раничев немного подумал и махнул рукой:

— Хорошо. Идем к твоему хозяину.

Прихрамывая на левую ногу, Альдо пошел впереди, показывая дорогу.

— Не спеши так, – попросил Иван. – Лучше скажи, видал ли ты сегодня, как проезжали по рынку погонщики ослов?

Юноша вздрогнул и остановился:

— Видал, брат Джованни… Только… Никогда больше не спрашивай про них, иначе… – Альдо затравленно оглянулся.

— Что – «иначе»? – заинтересовался Раничев. – Ну-ка, подробнее! Обещаю – все останется между нами.

— Да я и не знаю всего, – на ходу качал головой раб, – только на рынке их все боятся… Ну не все, а те, кто победнее. Кажется, им многие платят за право торговать здесь.

— Куда же смотрит мухтасиб? – удивился Иван.

— Куда? – Альдо лишь усмехнулся. – И еще ходят слухи, что погонщики крадут детей.

— Как это крадут? Хотя раз ты говоришь, что мухтасиб им покровительствует…

— И никто не знает, зачем им эти дети.

— Ну тут догадаться можно. – Раничев засмеялся. – Для продажи, естественно, для чего же еще?

Снова оглянувшись, юноша понизил голос:

— Для продажи? А зачем же им младенцы? Они их не только крадут, но и покупают в бедных семьях, причем только мальчиков. От младенцев-то какой толк?