Онлайн книга «Молния Баязида»
|
Впереди показался неширокий замерзший ручей, миновав который, сани с разгона взнеслись на пологий холм и остановились у высокого частокола. — Вон она, тут живет, вдовица Матрена, – показав рукой на широкие, обитые железными полосами ворота, пояснил Афанасий. – Вы идите с подарками. Я вас на углу подожду, у церкви Фрола и Лавра. Важно кивнув, сваты слезли с саней, и, немного размяв ноги, забарабанили кулаками в ворота: — Эй, отворяйте! У вас товар – у нас купец. Ворота тут же открылись, словно бы гостей давно уже поджидали. Сгорбленный старик-слуга закланялся, затряс жиденькой бороденкой: — Входите, входите… Давно вас ждем. Посейчас доложу хозяйке… – старик с неожиданной проворностью взбежал на высокое крыльцо. – Матрена Ивановна, приехали-таки скоморохи! Куда их пока – в людскую? Ну, язм так и помыслил… – Он обернулся к гостям. – Эй, скомороше! Давайте, к соседнему крыльцу. — Что это старый хрен нас за скоморохов принял? – удивился Михряй. – Нешто похожи? Надо сказать, чтоб не бесчестили… — Погоди-ко, – Раничев вдруг увидел на верхней, окружавшей высокие купеческие хоромы галерее стройную фигурку с непокрытой головой, в длинном синем с серебром сарафане и распахнутой телогрее. Ветер трепал светлые волосы девушки, щеки раскраснелись, серые блестящие глаза сверкали, словно бы предвкушали нечто… Таисья – узнал Раничев. В общем-то, ничего необычного в появлении здесь бывшей разбойницы не было – они ведь с Матреной подруги все-таки. Однако… Однако что-то таинственное и не совсем обычное почудилось вдруг Раничеву в этом просторном дворе. Пуст был двор, не считая старого слуги-привратника, пуст абсолютно. А где же, интересно, челядь? Ну, допустим своих холопей у вдовицы нет, чай, не боярыня, купчиха, пусть и очень богатая, но ведь помощники, приказчики, слуги должны же быть – иначе ж как же со всем хозяйством управиться? Домина эвон, в три этажа, с переходами, крылечками, галереями – истинные хоромы, не у каждого князя такие отыщутся, не говоря уже о боярах. Такой дом присмотра требует, да и не похоже, что не ухожен. Весь двор чисто выметен, снег почищен, даже с крыш амбаров – и то сбит аккуратно. Собаки – злобные псины – вона, сидят на цепях у будок да, помахивая хвостами, просительно посматривают на старого слугу. А тот идет уже с миской, видно, принес псам позавчерашних щей с косточками. Иван хмыкнул: уж больно умильно посматривали собаки на миску, зато на гостей – ноль внимания. Привыкли? Странно… — Идите за мной, скомороше, – покормив собак, поманил сватов старик. — Да какие мы тебе… – начал было Лукьян, однако Раничев вдруг крепко наступил ему на ногу и шепнул: — Помолчи-ка, парень… Чую, неладное что-то тут делается. Михряй тоже кивнул: — И я чую. — Вот и проясним ситуацию, прежде чем сватать, – улыбнулся Иван. – Мало ли что? Сдается мне, здесь одна моя старая знакомая верховодит… Эх, лицо б чем закрыть. Слуга недовольно посмотрел на них с крыльца: — Долго еще лясы точить будете? Забыли – хозяйка ждать не привыкла. Раничев улыбнулся: — Идем уже, старче, идем. Поднявшись по высоким ступенькам крыльца, они миновали сени и очутились в просторной горнице с небольшими оконцами и печью – людской. Вдоль стен стояли лавки и длинные сундуки. На лавках что-то лежало. Что-то знакомое… Раничев подошел ближе и хмыкнул, увидев перед собой аккуратно разложенные инструменты – гудок с гуслями, свирель, бубны. Рядом с инструментами лежали скоморошьи «личины» – маски. |