Онлайн книга «Сокол»
|
— Хат-Уарит! Хат-Уарит! Хека хасут. Хекат Хауи! Повернулась в обратную сторону, судя по солнцу, наверное, к югу. Улыбнулась — радостно так, весело, по-доброму: — Уасет! Уасет. Амон. Пер-о! Показала пальцами — идти. Что ж, жест понятный. Максим тоже улыбнулся, кивнул — значит, им в этот самый Уасет и надобно. Или в Амон, или в Пер-о. На юг, в общем. Пожал плечами — идти так идти. В конце концов, девчонка она, кажется, добрая, да и дорогу наверняка знает, вон как лопочет уверенно. И грудь такая… ходуном ходит. Оделась хоть бы для приличия, что ли? Вот как пришли к шалашу, Макс так и начал доказывать — жестами, конечно, — про одежду. Как ни странно, Тейя его вполне даже хорошо поняла, показав в свою очередь, что она-то как раз одета нормально, чего вот о нем, Яхмесе, уж никак не скажешь! Девчонка так смеялась, показывая на его джинсы и кроссовки, что юноше на миг и самому стало стыдно — что он, и в самом деле лох, что ли? Оборвав смех, Тейя на полном серьезе показала жестами, что идти куда-либо в такой вот одежде — джинсах и прочем — уж никак нельзя, такую одежку надо немедленно снять и выбросить, иначе Яхмес слишком будет выделяться. Да Макс и сам давно уже понял, что будет выделяться, — достаточно было вспомнить тех двоих, с палкой, да и парней-насильников. Что же, здесь все так ходят? Выходит, все… И ему так вырядиться? Ах, да… Снова засмеявшись, Тейя проворно стащила с парня футболку, на миг коснувшись его груди своими ничем не прикрытыми сосками. Ух, черт… Макс снова покраснел, густо-густо… Ну что ж она раздетая-то такая, а?! Тейя улыбнулась и вдруг с напускной строгостью постучала пальцем ему по носу: не время, мол, дорогой товарищ, не время. Да и не из таких я! Ага, не из таких… Уж судя по одежке, так… Впрочем, Макс и сам уже лишился не только футболки, но и кроссовок, и джинсов… О! А как Тейя захохотала, увидав его носки! Прямо до слез! А потом потянулась к плавкам, так, словно ни в чем не бывало. Ну ничего себе! Плавки Макс все ж таки отстоял, и девушка, махнув рукой, разорвала его футболку и ловко соорудила из нее нечто вроде юбочки или набедренной повязки. Вот в таком вот виде, по ее непоколебимому мнению, и должно было пуститься в дальнейший путь. Ну, раз дама настаивает… — Постой! — вдруг спохватился Максим. — А деньги я куда ж положу? Паспорт? Мобильник? Что ты мне тут показываешь? Спрятать? Ага, как же! А полиции потом как докажу, что гражданин России? На пальцах, что ли? Нет уж… Вытащив из штанов ремень, Макс приладил его на манер пояса, запихнул в футляр, к телефону, купюры. А паспорт куда? А туда же, где и был, — в карман на футболке. Где он сейчас… О! Как раз спереди, только вот — боком. Ничего, на молнию вот застегнуть… Ну, вот все и поместилось. Славно, ай славно! — Ну что? — Максим обернулся к девчонке. — Идем? — И-дем? — Та улыбнулась и, смешно наморщив носик, махнула рукою — идем. Нет, сразу не пошли. Тейя что-то делала на небольшой вытоптанной площадке у самого шалаша: отломала с дерева веточку, воткнула в землю, что-то зашептала, прикрыв глаза. То ли молилась… то ли хотела хорошенько запомнить место. Зачем? Кто ее знает. Наконец девчонка призывно махнула рукою — пошли. И Макс, пожав плечами, зашагал вслед за своей спутницей по узкой, вьющейся меж камышами тропе. Небо над головою было каким-то изжелта-голубым, словно бы вылинявшим, а яркое белое солнце выглядело как застывший ядерный взрыв. Всюду росли густые заросли тростника, почва казалась болотистой, местами даже топкой. |