Онлайн книга «Крестовый поход»
|
— Что, и здесь никого нет? — в залу заглянул возбужденный Аргип с накрашенными губами и коротким копьем в руках. Так ведь и не успел стереть помаду. — Похоже, что нет, — старший тавуллярий пожал плечами. — Дом большой, есть, где спрятаться. — А если подземный ход? — Мы оцепили все подозрительные места. Слава господу, Маврикий выделил под такое дело сотню! — Сотню! — с восторгом повторил юноша. — То-то я и смотрю — воинов у нас слишком уж много. Они обыскивают дом. Пойду, помогу… — Я тоже… Алексей не смог бы сказать наверняка, что его остановило? Может быть, какое-то легкое, едва заметное, шевеление, а, скорее всего, память из прошлого. Из того самого прошлого, которое в этом мире является будущим. Лешка ведь, как и все, просматривал иногда старые советские комедии. Вот и «Ивана Васильевича…» тоже. Пустая зала, полные доспехи по углам… Задачка легко решалась? В каком из четырех? Может быть, в том, что в синей, обтянутой бархатом, бригантине? Или в этом, с красными страусиными перьями на шлеме? Или вот здесь… Какие прекрасные латы, прямо зависть берет! Тщательно отшлифованные, подогнанные, полностью закрывающие все тело воина светлым полированным металлом. Изящные, словно гоночный автомобиль! Будучи здесь, Лешка давно уже отрекся от сказочек горе-историков времен двадцатого века — дескать, рыцарские доспехи были такие тяжелые, уж такие тяжеленные, что прямо — ой! И бедные рыцари, облачась в них, становились настолько неповоротливыми, что, сверзившись с коня, не могли самостоятельно полнятся с земли! Это, впрочем, верно — для усиленных турнирных доспехов, но никак не для боевых, в которых тренированный воин мог не только махать мечом, но и бегать, и прыгать! Ах, что за чудо, эти латы! Надежные, удобные, не столь уж тяжелые, ноские — не то, что кольчуга или пластинчатый доспех — колонтарь и бахтерец — которые сильно давит плечи. Нет, в латах вес распределяется равномерно. Хороши, ах, всем хороши! Но и дорогие, заразы — Лешкиного годового жалованья не хватит купить. Что спасло Алексея? Наверное, все тот же старый фильм. Захотелось подойти и резким движением руки картинно приподнять забрало, увидев округлившиеся от ужаса глаза Спиридона Валки! Приподнять… Ну, как в фильме. Для этой цели никак не подходил французский сплошной шлем — салад, как и старый немецкий «горшок», как и бацинет — «собачье рыло» — у этой (в дальнем углу) модели вытянутое, словно и в само деле собачья морда, забрало откидывалось набок… А вот этот, тот, что рядом, другое дело! Вот это шлем! Круглый изящный армэ — сплошной шлем с позолоченным забралом, наплечником-ожерельем и страусиными перьями. То, что надо. Ухмыляясь Лешка протянул руку… И едва успел уклониться от внезапно рванувшегося к лицу сверкающего бронированного кулака! Уклонился неудачно, упал… и тут же откатился в сторону — с силой опустившийся меч высек искры из каменного пола. Хороший удар! И хороший меч — «бастард» — «ублюдок» — не двуручный и не для одной руки, а что-то между… И так, и сяк можно действовать… Черт! Вскочив на ноги, Лешка вновь уклонился от удара и, отпрыгнув к стене, сорвал с нее узкий кончар — таким удобно протыкать латы. Противник, судя по всему, почуял опасность, ибо стал действовать гораздо осмотрительнее — не махал часто мечом — мечищем! — а выжидал, стремясь нанести редкий, но сокрушительный удар, удерживая свое оружие двумя руками — за рукоять и «пятку», тупую часть клинка уже за перекрестьем, непосредственно переходящую в рукоять. Из пятки, ближе к точке начала заточки, полумесяцем торчали дополнительные лезвия. Совсем небольшие, но очень опасные — ими можно было «поймать» клинок врага. |