Книга Игра клеток, страница 163 – Гарри Конолли

Стефани направилась ко мне.

Боже, запах был ужасный. Я с трудом поднялся на ноги, полный решимости не умереть на коленях. Она стояла в облаке серебристого дыма в футе или двух от прогнувшихся досок пола. Там, где должны были быть её глаза, раскачивались взад-вперед два червяка, их рты были раскрыты так широко, что виднелись маленькие зубки.

Стена позади нее внезапно исчезла, и я понял, что сейчас последует еще одно заклинание. Я бросился на нее, как только она добралась до меня, но я был быстрее. её лодыжка расплющилась, как пакет с желе, когда я схватил ее, но я крепко сжал и потянул, лишив её равновесия. Она отступила, когда заклинание подействовало, а я подскочил к сломанному дверному проему.

Заклинание Зана накрыло её и стерло из мира. Я ухватился за край дверного проема и протиснулся внутрь, едва не задев край заклинания.

Я поспешил по коридору к комнате Регины. Там было окно, но даже если бы я выбрался через него, то оказался бы не на той стороне дома. Пол был такой кривой, что мне пришлось бежать вдоль угла, где он примыкал к стене. Здание застонало и содрогнулось, и где-то рядом что-то хрустнуло. Звук был таким громким, словно ударили кувалдой.

Дверь в комнату Регины была уже открыта, хотя её кровать скользила по покосившейся раме. Я перелез через нее, пиная одеяло, которое пыталось запутаться у меня в ногах. Я наступаю на фотографии Реджины в рамках, разбивая стекло.

Наружная стена нависала надо мной. Когда я поднял окно, оно распахнулось, словно по благословению свыше. Я ухватился за нижнюю часть подоконника и начал протискиваться внутрь, как раз в тот момент, когда все вокруг начало разваливаться на части со звуком, похожим на серию небольших взрывов. Я потерял равновесие, и стена ринулась на меня. В порыве отчаянной силы я протиснулся в открытое окно, не обращая внимания на летящие мне в лицо опилки и бьющие в него осколки стекла.

Стена обрушилась вокруг меня, когда я, пошатываясь, протиснулся сквозь нее. Я вывалился за пределы дома, чувствуя себя так, словно использовал последние силы и волевой порыв. Я упал в траву и каким-то образом приземлился сбоку от дома, практически прямо на том месте, где сидел на корточках Толстяк, когда я разрубил его дробовик.

Я заставил себя сесть. Я был измотан, и когда поднял глаза, то увидел, что Зан и Урсула стоят там, где я их оставил. Они оба смотрели на меня, Урсула выглядела бледной и потрясенной, а на лице Зана играла мрачная улыбка.

Я больше не мог заставлять себя заботиться о себе. Я уничтожил сапфирового пса, как и обещал, и у меня больше не осталось силы воли. Не после всего, что я сделал. Со мной было покончено, и они могли видеть это по моему лицу.

Клетка из оргстекла позади Урсулы и Зана каким-то образом уменьшилась в размерах. Я присмотрелся к ней повнимательнее и увидел, что форма изменилась не только клетки. Все, само пространство, изогнулось к вырезу на шее сапфировой собаки. Клетка, батарея и земля, на которой они лежали, прогнулись внутрь, как будто весь мир был втянут в тело хищника.

Но Зан этого не заметил, потому что все его внимание было сосредоточено на мне. Он распахнул пальто и с хорошо отработанной легкостью вытащил из внутреннего кармана игральную карту. Основа внезапно расширилась, а края задрожали, словно от огромного напряжения. Я почувствовал искажение внутри себя, похожее на желание закричать.