Онлайн книга «Перекресток воронов»
|
— Что, простите? — Ты найдешь доказательства вины Хольта и доставишь их мне. Тогда тебя самого минует суд, приговор и наказание. А за двойное убийство, чтоб ты знал, положена гаррота в тюрьме Стурефорс. Геральт пожал плечами и отвернулся. — Три человека, – повторил префект. – Убиты необычайно жестоко и при этом так, чтобы ничто не указывало на ведьмака. То есть уж точно не мечом. — Да что вы говорите. — Карл Нурред, калека на костылях, повешен на собственных кальсонах. Отто Маргулис, заслуженный общественник и филантроп, зарублен тесаком для мяса. Ремко Хвальба, отец троих детей и дед шестерых внуков, забит насмерть сапожным молотком. — И каждый раз, – издевательски поинтересовался Геральт, – свидетели указали на Хольта? — Каждый раз они указали на разных персон, выглядящих совершенно по-разному. Кстати, знаешь ли ты, откуда происходит название усадьбы Хольта, Рокамора? — Нет. — Roac a moreah. На Старшей Речи – возмездие, кровная месть. — Ну да, это довод неопровержимый. – Геральт по-прежнему издевательски усмехался. – Но чем же будто бы провинились перед Хольтом эти трое? А может быть, Хольт просто так, для развлечения, убивает случайных людей? Ну как у ведьмаков водится? Ведь на ведьмака можно свалить все. На все найдутся улики и свидетели, и все поверят, ибо воистину за ведьмаком всякое зло тянется и миазмы мерзкие, и спалить нужно все, к чему он прикоснулся. Всему он обязан виною быть, в том числе и убийствам. Особенно если настоящих преступников никак найти не выходит, а отличиться надо… — Эти трое убитых, – спокойно разъяснил Эстеван Трилло да Кунья, – возглавляли народное ополчение, которое в сто девяносто четвертом году штурмовало Каэр Морхен, это ваше ведьмачье поселение. Именно поэтому, юноша, я никогда не поверю, что вину за эти преступления несут какие-то разные случайные убийцы. Потому что знаю, кто на самом деле виновен и какой у него был мотив. — Ну вот все и объяснилось, – медленно сказал Геральт. – Вот все и встало радикально на свои места. Сто девяносто четвертый год. Знаешь что, префект? Если все это правда, то этим троим так было и надо, они заслужили свою судьбу. Я бы и сам их с удовольствием грохнул, мотив у меня был дай боги каждому, жаль, что кто-то меня опередил. Если б случилось повстречать этого кого-то, я б его поздравил и поблагодарил. И поставил ему пиво. — У тебя не будет такой возможности. – Префект поднялся с переборки. – Ибо будешь сидеть в камере в Стурефорсе и ждать казни. Разве что согласишься… — Не соглашусь. — А ты знаешь, почему мы разговариваем в безлюдной местности и без свидетелей? Потому что если ты согласишься доставить улики, что мне нужны, если хотя бы пообещаешь, что поищешь их, то покинешь это место свободным как птица, а о нашем разговоре не узнает никто. Но уж если я официально тебя арестую, то машина двинется и втянет тебя в жернова, а из них ты уже не выйдешь никак иначе, кроме как на эшафот. — Не соглашусь. Эстеван Трилло да Кунья резко встал и подошел к Геральту, очень близко. Геральт, который уже некоторое время поигрывал в кармане своим ключом, призадумался, что будет лучшей целью – брегма, она же макушка? Или же переносица и эта, с таким приятным названием, глабелла? В амбар ворвался один из арбалетчиков, задыхающийся и потный, он активно жестикулировал. Префект еще раз стегнул взглядом Геральта, затем вышел. |