Книга Вечные Пески. Том 4, страница 41 – Лео Сухов

— Можем, — сказал я. — Если они того стоят.

— Стоят! — закивал головой Мгелай. — Пять тысяч воинов!

Врал ведь, сволочь такая. Врал, но как убедительно. Мне даже придраться было не к чему. Начну возражать, и он сразу поймёт, что я знаю что-то про этих кочевников. А дальше сложит два и два, разобравшись, что нас может связывать.

Молча кивнув, я вышел из шатра и отправился за деньгами. Через чашу вернулся с кошелём, в котором лежало ровно триста монет. Золото тускло блеснуло в полумраке шатра. Мгелай пересчитал его, сложил обратно и уехал обратно на переговоры.

— Они сегодня же присоединятся, вот увидишь! — хвастливо обещал он на прощание. — Я велю поставить их телеги рядом с моими! Пусть видят гостеприимство хана ханов!

Мои люди ждали меня в стороне, ближе к арьергарду. Подозвав одного из молодых воинов, я быстро объяснил ему, что надо сделать. Тот кивнул и умчался в сторону родов Севия и Гелая. Вскоре он вернулся и кивнул мне, показывая, что всё выполнил.

А чашу спустя рядом остановился нужный мне кочевник.

— Скажи своим ханам, — сообщил я ему. — Скажи, что я хочу знать: просили ли их родичи денег за то, чтобы присоединиться?

Дожидаясь его возвращения, я коротал время, тренируя шёпот. Гонял ветер между ног переханов, взмётывал им пыль, двигал массы песка незаметно для окружающих. И даже тихонько раскалывал камни, оказавшиеся в зоне доступа.

Немудрёные упражнения позволяли многое. И лучше слышать Дикий Шёпот, и научиться чётче подбирать звуки. Впрочем, звуки были костылём для настоящего умения. Я это быстро понял. Нельзя по-настоящему воспроизвести Дикий Шёпот, не порвав голосовых связок.

— Хан Гелай и хан Севий велели передать! — наконец, рядом со мной присел всё тот же кочевник. — Наши родичи не просили денег. Они пришли, потому что слышали: большой воевода собирает силы, чтобы бить демонов. Золото им не нужно.

Я кивнул в знак благодарности. Парень быстро встал и ушёл. Причём вот я его видел, а вот на миг отвлёкся, и его уже рядом нет. Тоже талант, однако.

Но сейчас меня больше волновало поведение Мгелая. Он снова начал тянуть деньги. И делал это нагло, пользуясь тем, что я не слежу за ним на переговорах. Я бы, пожалуй, даже не узнал о его хитрых схемах. Вот только сегодня Мгелай ошибся.

Я поднялся, отряхнул штаны. Войско хана ханов гудело, встречая новых членов. Я слышал радостные крики, смех. Люди были довольны. Ещё бы, пять тысяч воинов. Серьёзное пополнение.

И только я знал, что принёс сюда раскол. Эти люди скорее пойдут за мной, Севием и Гелаем, чем за ханом ханов. Эти люди пришли под мою руку.

Вечером в стойбище жгли костры, жарили мясо, пели песни. Новые рода встали лагерем рядом с шатрами Мгелая, как он и распорядился. Показывает, какой он хозяин и как рад пополнению. А завтра рядом с его шатрами снова встанут ближники.

Стойбище растянулось вдоль края Разлома на целый сихан, не меньше. Телеги были поставлены в три ряда, их колёса смотрели в пропасть, оглобли — в степь.

Было не слишком темно. Костров жгли много. Вот чего-чего, а кизяка у кочевников вдосталь. Правда, запах от него слегка мешает. Но я уже как-то пообвык.

Скот загнали в середину, между рядами телег. Танаки сбились в кучу, они блеяли тонко, тревожно. Их успокаивали женщины, шлёпая по бокам и перекликаясь в темноте. Гнуры фыркали, переханы били копытами. Все они чуяли что-то нехорошее, чего не чуяли люди.