Книга Вендетта, страница 212 – Ларри Коррейя

Его польский акцент тоже никуда не делся.

— Но… Ты же ушел… Я же тебя освободил.

Он пожал костлявыми плечами.

— Што сказать! Уйти ушел, но завеса тонка. Смерть близко, потому так легко говорить. Не ошень долгий путь до тебя теперь! Я вернулся, потому что важное. Тебе надо мудрость. – Он постучал пальцем по виску и улыбнулся. – У меня ее есть. А у тебя пушки и волшба. Много психов вместе отделаем!

Он что, правда вернулся? Вернулся мне помочь?

— Ты что, ангел?

Торрес обернулся к своим подельникам.

— Он галлюцинирует. Принесите стимулятор, ему еще рано умирать.

Призрак Мордехая Бирейки поднял трость. Она выглядела в точности как та, которую я воткнул в Йегера.

— Это тебе похоже на огненный меч, малшик? Конешно не ангел! Ангелы? Они строгие. Ты б сказал – зануды. А теперь слушай внимательно, времени мало.

— Поздно. – Я дернулся, пытаясь показать ему повязку на руке, но забыл, что привязан. – Скоро… умру.

Торрес принял мои потуги за судороги.

— Черт! Быстрее тащите стимулятор!

— Нет! – строго возразил Мордехай. – Ты еще не умирать, малшик. Много работы! Для более важный, шем ты. Пока нельзя.

Я попытался заговорить, но было слишком больно.

Еще никто не смог выжить после укуса зомби.

— Ты не никто, малшик. Ты кое-кто. Тебя выбрали законшить борьбу. Добро сказать: ты их герой. Герой Зла тебя ждать. Герой Добра не умирать от глупый зомби! Глупости говоришь!

Больше не могу. Умираю.

Культист достал из-под мантии какой-то пузырек, сунул туда шприц и принялся вытягивать густую красную жидкость.

— Дай сюда, – приказал Торрес, отобрав шприц.

— Ты не умереть, пока я не скажу, – настаивал Мордехай. – Слушай старших, малшик. У тебя сила бороться с зомби укус, как с тем вервольф, когда мы только встретились.

Это другое. С вервольфом я дрался руками, он меня не заразил.

— Конешно заразил! Потому ты сейшас не быть монстр. Ты охотник на монстр. Не упрямься, слушай. Вервольф тебя не обратить. Зомби не обратить. Вампир тоже нет, если глупый попадешь к вампир. Обышный охотник – да. Но не ты. Тебя обратить, только если сдашься.

То есть я не умру, пока не сдамся?

— Нет, глупость! Обратить, не убить. Убить легко: голову отрезать, взорвать, поджечь, в лицо стрелять. – Он растопырил руки, будто балансируя чаши весов. – Пуф! Мертвый. Как все. Но ты избранный, убить сложнее. Тяжело убить избранный, если он не ныть как ребенок. Есть вещи только ты можешь. Древние не знать, с кем связаться.

Вонзив мне иглу между ухом и челюстью, Торрес ввел жидкость. Меня словно лавой обожгло, каждая мышца автоматически и резко сократилась, ножки стула запрыгали по полу.

— Держите его! – Торрес и еще кто-то схватили меня за плечи, чтоб не шлепнулся.

Мордехай прошел прямо через Торреса, словно и не заметив. Подозреваю, в сумеречном мире духов, где мой старый наставник обитал, никаких торресов и не было.

— Не сдавайся, – прошептал Мордехай, наклонясь к моему уху.

Лекарство, или зелье, или чем там они меня обдолбали, врезало по нервам будто молотком. Знакомая черная линия не просто перед глазами заметалась – она вошла в каждую клеточку моего тела. Оно стало полем боя: зомби-вирус – враг, а награда в битве – моя душа.

— Никогда не сдавайся.

Не сдамся.

— Знаю. Потому ты и вытянул короткую соломинку.