Книга Компания «Охотники на монстров», страница 274 – Ларри Коррейя

Мы сидели в гостиной, ждали, когда высохнет краска. Я был уверен, что выглядеть будет отлично. Портрет Рэймонда Шэклфорда Второго мы вернули: гости вряд ли заглянут, а пустое место разрушало всю симметрию. Я пошутил, что можно просто бороду и очки на портрет Эрла пририсовать, чтобы не снимать его, когда кто-нибудь заявится, и Джули идея явно понравилась.

Часов в одиннадцать вечера в дверь громко постучали.

— Кто-то пришел, – сказал я, как дурак.

Джули спрыгнула с кушетки, достала из тайника над камином дробовик и бросила мне, а сама схватила карабин, проверила патронник.

— Сигнализация не сработала.

— Вот черт. – Я дернул цевье и пошел ко входной двери. – Ну что еще?

В прихожей пахло столярным клеем и опилками. Я бесшумно подошел к двери, просигналил Джули прикрыть меня. Она заняла позицию за колонной, позади.

Я открыл пять тяжелых щеколд. Резная дверная ручка показалась мне неожиданно холодной. Держа дробовик наготове, я рванул дверь на себя и шагнул вперед, готовый стрелять…

Никого.

Я заглянул за углы, аккуратно, как при штурме, но на крыльце никто не прятался. Посветил фонариком в темноту – пусто, и во дворе, и на стоянке.

— Кто-то позвонил и убежал? – спросил я.

— Стой, здесь записка, – сказала осторожно подошедшая Джули. И действительно: кто-то подсунул под дверь маленький белый конверт.

Джули подобрала и надорвала его, неловко прижав карабин к груди.

— Осторожнее, – предупредил я.

— Не трусь.

Она развернула письмо, поправила очки и погрузилась в чтение. С каждой строчкой она все больше хмурилась, ее лицо застыло, рука рассеянно потерла черную полосу на шее – с недавних пор Джули стала так делать, когда нервничала.

— Что такое, милая?

Она молча передала мне лист.

Письмо было написано от руки. Вернее, два письма на одном листке, разными почерками. Первое – чуть ли не идеальная каллиграфия.

Дорогая Джули!

Мы хотели оставить тебе записку, чтобы ты знала: у нас все хорошо. Твой папа привыкает к новой жизни, и получается у него замечательно. Мы путешествуем, смотрим мир, как всегда мечтали. Раньше нам никогда не хватало на это времени, зато теперь перед нами целая вечность.

Хотим предложить перемирие. Надеюсь, ты не держишь на нас зла из-за этого маленького инцидента. Как мать, я хочу для своих детей только лучшего. Но теперь я вижу, что тебе нужно жить своей жизнью и принимать свои решения, пусть и глупые. Нужно учиться на своих ошибках.

Как бы я хотела побывать на вашей свадьбе! Этот твой Оуэн мне нравится, он хороший человек и станет замечательным мужем. Ой, наверное, я зря написала про свадьбу, ты же не умеешь читать мысли. Твой бедный мальчик так громко думает, что его в Мексике слышно. Кольцо в оружейной, очень красивое. Поздравляю.

Последнее предложение: когда ты постареешь и почувствуешь, что конец твоей жизни близок, или если твое здоровье ослабнет и какая-нибудь болезнь начнет разрушать твое тело, позови меня – и я приду. Ты моя дочь, поэтому предложение бессмертия все еще в силе. А до этого, если не будешь нас искать, мы тоже тебе мешать не станем. Если же решишь выследить меня, я убью тебя и уничтожу все, что тебе дорого. Месть моя будет ужаснее, чем ты можешь себе представить.

P. S. Ремонт прекрасный, мне так понравился!

Второе письмо было короче, квадратные печатные буквы так и плясали.