Книга Личный враг императора, страница 41 – Василий Сахаров

Подпрыгнув, я зацепился за край стены, подтянулся и перевалился на другую сторону.

Замер и огляделся. Охранники есть, но они в стороне.

До цели осталось всего пятьдесят метров и, уже предвкушая, как тихо прихватизирую магический источник, а затем так же тихо уйду, я был собой доволен.

Соскользнув со стены вниз, я продолжил движение. Обогнул палатку, где стонали раненые. Пропустил мимо себя патрульного, который пристально осматривался. А затем рывком преодолел последние десятки метров между мной и целью, оказался возле деревянного сруба и снова остановка.

Прислушался. Тишина. Чуйка тоже молчала. Но самое главное – я уловил колебания энергетических полей магического истока.

Приоткрыв дверь, я просочился внутрь освещенного масляными светильниками помещения и первое, что увидел, зависшее в метре от земляного пола крупное черное ядро. Но не успел я к нему шагнуть, как услышал скрипучий голос, который, наверняка, принадлежал старику:

— Кхе-кхе! Ты все-таки пришел.

Ствол автомата дернулся на звук, и палец привычно потянул спусковой крючок. Однако ничего не произошло. Меня парализовало, и в этот миг я почувствовал отчаяние. Блин! Вот же я дурень! Поверил пленникам, которые сказали, что у эльфов не осталось чародеев. А ведь исток, наверняка, на кого-то завязан, и я столкнулся с его владельцем, который рядом со средоточием своей мощи практически непобедим.

Из тени, опираясь на массивный посох, вышел тот, кто меня парализовал, дряхлый морщинистый эльф в перепоясанной кожаным ремнем светло-зеленой длинной рубахе. Склонив голову набок, он пристально осмотрел меня и, рассеивая мою невидимость, которая ему и так, судя по всему, не особенно мешала, слегка взмахнул рукой.

— Вот так лучше, – проскрипел он, помедлил и покачал головой: – Ты хуман. Жаль. Я надеялся, что тот, кто придет за источником, будет из моей расы. Тогда, возможно, я бы отдал ему это великое сокровище и, наконец-то, смог бы обрести покой. Но ты, конечно же, ничего не получишь.

Ответить ему я не мог. Я вообще ничего не мог. Застыл каменным истуканом и просто ждал. Понятно, что я попался, а всему виной моя собственная неосмотрительность и самонадеянность. Вот только сдаваться я не собирался и надеялся, что судьба еще подкинет мне шанс на спасение. Пусть крохотный, но я успею им воспользоваться.

Тем временем старик продолжал болтать:

— А я ведь давно тебя ждал. Не конкретно тебя, хуман, а того, кто придет за источником. И когда наши воины, вернувшись с поля боя, сообщили, что погиб Остай, мой последний ученик, и убил его неизвестный стрелок из леса, я сразу сообразил, что скоро появится незваный гость. Я ждал и дождался.

Краткая пауза и продолжение:

— Кхе-кхе! Знаешь, я скажу тебе то, что раньше не говорил даже ученикам. На самом деле это я виноват в том, что мы почти проиграли битву против хуманов и потеряли всех магов. Да, это так. С тобой я могу поделиться, потому что ты все равно никому не сможешь рассказать этот секрет. Давным-давно, много веков назад, дабы завладеть источником магии, я убил своих родных: отца, мать, трех братьев и пять сестер вместе с племянниками. А когда получил великую мощь, стал сильнейшим чародеем своего мира. Передо мной склоняли голову короли. Принцессы прыгали ко мне в постель. Мудрецы искали моей дружбы. И я мог позволить себе все, что угодно. Но однажды я совершил ошибку. Оскорбил богиню, которая случайно посетила наш мир, и она меня прокляла. Отрава божественного слова стала разъедать мою душу. Однако даже она не смогла меня одолеть. Ведь со мной был источник. У него не получилось сохранить мне красоту и молодость, но он меня спас, и я продолжал жить. Но чем дальше, тем больше энергетики вливал источник в мое тело для поддержания существования. И когда настал час решающей битвы, я дал моим ученикам не настоящую силу, а лишь жалкие крохи, которых не хватило для победы. Поэтому они пали. Один за другим. Лучшие сыны нашего народа. Самые талантливые и перспективные. За ними было будущее, но я боялся за свою жизнь и потому они погибли. А когда мы, не иначе как по воле богов, оказались здесь, в этой странной безумной реальности, со мной остались только слабосильные ученики, которые тоже лишились жизни.