Онлайн книга «Большая птица не плачет»
|
— Можно, — согласился Учитель. — Сила к тебе пришла от земли, в землю и уйдет. Но это трудно. Ты — часть земли, часть этих гор и целого мира, и если ты отдашь свою силу, они могут забрать у тебя все. Готова ли ты рискнуть? Она кивнула и решительно встала на ноги. Солнце уже поднялось, разогнало туман, и горы стояли ясные, изумрудно-снежные. Монахи начинали утреннюю службу: тихое пение поднималось вверх, смешиваясь с дымом благовоний. К этому времени проснулся Саин; он вышел из одной постройки, увидев Зурху, сразу улыбнулся, поклонился Учителю, поцеловал ее в рыжие завитки над виском. — Можно мы будем вместе? — Можно. Втроем они спустились с террасы и обошли кругом широкий заснеженный двор, притихший перед самым началом нового дня. Учитель вел их в Храм Небесного престола — самый древний, самый маленький и отдаленный, но тем не менее и самый красивый. Отсюда открывался вид на все горы Хойд-Чулуу, северные скалы, бескрайнее море камней и вечного льда. А в самом храме было тепло и тихо, словно десятки свечей, которые ученики зажигали каждый день, согревали его полностью. Места в Храме было немного. Посередине, в кругу тающих свечей и каменных лотосов, в позе медитации сидела статуя Великого духа Тэнгэра, неживая, с застывшей светлой улыбкой на бесполом лице. По обе стороны от него сидели на коленях, будто замерев в молитве, смуглый узкоглазый мужчина в доспехах и красивая женщина без возраста, обращенные лицом на восход, к собственным вершинам. Учитель взял небольшой холщовый мешочек, привязанный к поясу, и на раскрытой ладони протянул девушке маленькие зеленоватые луковицы. — Это Небесный цветок, его еще называют «горным сердцем». Он раскрывается раз в году, когда шаманы открывают ворота Небесного престола, и на землю приходит весна. И последние цветы засыпают, когда ее сменяет осень. Он — сердце гор, сердце земли. Как и ты. — Что будет потом? — Зурха смотрела на крошечные луковицы. — Моя сила земли уйдет навсегда? А откуда у тебя эти цветы, ты их сорвал, забрал? — У гор нельзя забрать сердце. Можно только отдать им свое. — Я умру, да? — голос дрогнул и зазвенел. Она почувствовала, как тяжелые и теплые ладони Саина вдруг сжали ее плечи сильнее. — Ты знаешь легенду, — спокойно проговорил Учитель. Она подняла взгляд и сомкнула ладонь. В ее глазах блестели слезы, но она улыбалась — а губы предательски дрожали. — Зурха, не надо, — Саин с тревогой взял ее за руки. — Если ты боишься, я буду рядом. Если ты устала, мы вернемся в степь, война закончится… — Прости, милый. Война не закончится, если мы этого не сделаем, — заглянув ему в глаза, она положила свободную руку поверх его загорелых ладоней. — Люди сами должны ее остановить. Без сказки. Без волшебства. Ты сказал все правильно. Надо строить новые дороги, открывать торговые пути. Надо учить чужой язык, показывать другим, что мы умеем, и самим учиться у них. Мирген любит девушку с чужой земли, но боится, что его осудят — скажи ему, что это хорошо, и что они будут счастливы, если поверят друг другу, ладно? Встав на носочки, она коснулась губами его губ. Он подхватил ее за талию, прижал к себе и долго целовал на одном вдохе, словно желая запомнить ее теплую нежность, тонкие ласковые руки и вкус ее губ — сладкой, медовой земляники. Она отстранилась первой. Опустилась на колени, сложив ладонь к ладони, глубоко поклонилась Великому духу Тэнгэру, каменным изваяниям Генерала и Девы. Осторожно разворошила мягкую, податливую землю, опустила луковицу в углубление у самых ног главного божества, засыпала обратно землей и накрыла обеими руками. |