Книга Нартуган: Из огня и магии, страница 131 – Ануар Нурланулы Кошкарбаев

Я работал упорно. Ушло пять лет на поиски, но, когда я, наконец, попал в магический мир, восторга не последовало. Я снова услышал то же самое: "Молодец, ещё один портал — и ты сможешь догнать Каргу. Ведь он уже посетил четыре мира". На этот раз я не сдержался. Я убил того, кто произнёс эти слова, и в итоге стал изгоем.

Но я не сдавался. В поисках ответов я добрался до Отрарской библиотеки, пробраться туда тайком было непростой задачей. Среди тысяч свитков и пыльных фолиантов я искал ключ к неизведанному, но нашёл нечто куда более значимое. Там я встретил хранителя библиотеки. Им оказался призрак моего отца. Он-то и поведал мне о демонах из второго мира и о том, что одной из них была моя мать.

Это знание перевернуло всё. Все прежние амбиции померкли. Зависть к Карге, желание что-то кому-то доказать — всё это оказалось лишь пылью, рассеянной ветром. Я больше не был просто человеком. Я больше не мог им быть. Ведь, имея в крови частицу второго мира, я был уникальным. Людской мир до жути предсказуемым и я никогда не чувствовал себя частью этой свалки, которую вы называете жизнью. То что я узнал, впервые за многие годы взбудоражило мою кровь. И тогда я принял решение: если моё происхождение связано со вторым миром, значит, мне суждено узнать о нём всё.

Карга когда-то посетил четвёртый мир, мир демонов, но этот путь был закрыт для обычных людей. Я хотел поговорить с ним об этом. Узнать, как он это сделал. Узнать, зачем. Но затем появились слухи о его смерти. Потянув за нужные рычаги, я выяснил, что перед смертью он оставил послание двум женщинам — Мерейли-Дара и Бике. Они должны были встретить мальчишку из пророчества, которому предстояло указать путь.

Я упустил первую встречу Нартугана с отцом, но позже нашёл подростка и подчинил его себе, надеясь, что он сможет выполнить задуманное. Однако вскоре понял: мальчик из пророчества — это не Нартуган. Всё это время духа мёртвого бахсы вызывал другой мальчишка. Мардан Касымулы. Блондин с редчайшим даром, он мог призывать умерших, просто называя их по имени. Такого таланта этот мир ещё не видел, и он был нужен мне.»

Мардан стоял напротив Нартугана, восполнив силы с помощью духов. Блондин пытался в доли секунды вырвать амброзию контроля сознания у Ляззат. Этого Далагуд не мог позволить. Он принял решение использовать «Лабиринт» — заклятие, которое ранее передал Конаяку. Немногие способны переносить свои чары на пергамент, позволяя другим использовать их магию, но Далагуд был не просто сильным магом. Будучи пытливым исследователем и искусным бахсы, он без труда даровал свою запечатанную магию последователям.

Ударив посохом о землю, он запустил заклятие. Пылающий пол задрожал, и в следующее мгновение между подростками выросла массивная стена, прорезающая пространство до самого потолка. Трость и Сабыржан оказались отрезаны от остальных, призванные духи также остались вдалеке от Мардана. Бесконечный Лабиринт полностью изменил ландшафт битвы. Огонь продолжал пылать, даже когда из земли начали вырастать массивные стены. Вместе с каменными глыбами вверх поднимались языки пламени, превращаясь в небольшие костры, которые теперь освещали извилистые коридоры тусклым, мерцающим светом.

Этот лабиринт разительно отличался от того, где Мардан находился ранее. Просторные проходы исчезли, их заменили узкие коридоры, сквозь которые мог пройти лишь один человек. Пытаясь выбраться из этого кошмара, Мардан ударил по стене, надеясь пробить её, но камень словно рассеивался, превращаясь в пыль, а затем восстанавливался вновь, давая понять, что так просто, как со стенами Конаяка, справиться не получится.