Книга Нартуган: Из огня и магии, страница 88 – Ануар Нурланулы Кошкарбаев

Мардан не шелохнулся.

— Знаю. Ты лучше посмотри на Сабыржана.

Нартуган не стал медлить. Он повернул голову и посмотрел на Сабыржана, который лежал на земле, тяжело дыша. Но что-то было не так. Нартугану казалось, что он видит не одно лицо, а множество — они сменялись, дрожали, проступали одно за другим, как зыбкие отражения в воде. Он не знал этих людей, кроме одного. Позади Сабыржана стоял молчаливый мужчина. Его силуэт был чётким, неподвижным, а взгляд — тёплым и знакомым. Сердце Нартугана сжалось.

— Отец?

Мужчина поднял голову. Это был образ Карги.

— Сын! — Как только он услышал голос сына, его глаза наполнились радостью.

Но прежде чем Нартуган успел сделать шаг, раздался звон металла.

— Ну всё, Сабыржан, ты покойник.

Бике создала пурпурное копьё — острие сверкнуло в воздухе, направляясь прямо к её врагу. Но Нартуган успел схватить её за руку.

— Постой, мама! Я хочу с ним поговорить!

Бике неохотно опустила оружие, но её взгляд оставался ледяным. Нартуган вернулся к Карге.

— Отец… Где ты? Что вообще происходит?

Карга не мог подойти ближе, но его образ дрогнул.

— На тебе Маска Воина. Она показывает души тех, кого убил человек.

— Так тебя убил Сабыржан? — Нартуган почувствовал, как внутри всё сжалось.

Карга вздохнул, но его лицо оставалось спокойным.

— Я сам попросил его. В этом нет его вины.

— Но мы же встречались недавно! Ты был жив! Почему ты исчез? Что случилось?

— Условия магии маски таковы, что я не могу сказать тебе больше, чем положено, сынок.

— Но у меня ещё столько вопросов!

— Сабыржан ответит. Слушайся его.

Карга посмотрел на Сабыржана, затем вновь перевёл взгляд на сына.

— Скажи ему: "Ворона вернулась". И добавь, что если он в следующий раз попытается причинить тебе вред… Совет бахсы придёт за ним.

После этих слов Нартуган снял маску. Глаза жгло, будто их пронзили тысячи игл, и чем больше он моргал, тем сильнее разливался этот нестерпимый огонь. Он провёл рукой по лицу и глубоко дышал, пытаясь избавиться от болезненного покалывания. Теперь он понимал — носить эту маску дольше нескольких минут было невозможно, словно она вытягивала из него силы жизненные силы. После того как жжение начало отступать, а дыхание стало ровнее, он выпрямился и направился к Бике. Она стояла неподвижно, крепко сжимая копьё, а в её взгляде читалась неугасающая ярость, готовая вылиться в действие. Нартуган решил помочь Сабыржану. Он остановился перед мамой, заставляя встретиться с собой глазами, и, несмотря на усталость, его голос прозвучал спокойно, но твёрдо.:

— Отпусти его.

Бике не шевельнулась.

— Если он действительно убил твоего отца, ему не сдобровать. — В её голосе кипела боль, словно бушующий ураган, требующий выхода.

— Папа сам попросил его.

— Почему?

— Он сказал, что Сабыржан нам объяснит.

Нартуган перевёл взгляд на старого друга отца.

— Отец велел передать: "Ворона вернулась". — Он сделал паузу, затем добавил: — И если ты снова попытаешься причинить мне вред… совет бахсы придёт за тобой.

Сабыржан остался неподвижен, но его лицо побледнело.

— Я всё понял. Этого больше не повторится.

Он попытался встать и отойти, но едва сделал шаг, как копьё Бике ударило в землю перед ним, преграждая путь.

— Я не услышала нужного ответа. Пока ты не скажешь правду, никто отсюда не уйдёт.