Книга Воды возле Африки, страница 81 – Влада Ольховская

Тимур успел подумать об этом, даже принять решение — но не осуществить его. Потому что со стороны деревьев вдруг прозвучал знакомый голос:

— А что… Что здесь происходит?

Обернувшись на звук, Тимур едва сдержал раздраженный стон. Отлично! Еще один свидетель, и не просто свидетель, а пацан этот, друг Эдика… Филипп? Да, Филипп. Он сообразительный, его не убедишь, что все как-то само собой получилось. Так что проблема уже не исчезнет, если только…

Если только он не решится убить всех троих.

Умение вести поиск многим казалось бесполезным на их новых миссиях. Ну в самом деле: кто будет бегать по кораблю? А вот Далмар ни на миг не забывал о том, что они захватывали корабли, размером превосходившие многие деревни. Тут есть, где прятаться, и, если время ограничено, это может привести к беде.

Поэтому он никогда не расслаблялся — и никогда не терял навык. Скорее, наоборот: он практиковался. Когда Каахин наконец выделял ему пару игрушек, Далмар иногда позволял им побегать по кораблю и лишь потом наслаждался ими сполна. Дело было не только в удовольствии, он запоминал, куда они бросаются прежде всего, как ведут себя, что будет, если загнать их в угол. Люди не так сильно отличаются от животных, как им самим нравится думать.

Теперь его навыки станут полезны. Далмар не хотел выслужиться, ему было безразлично, что о нем думают другие. Но и дураком он не был, он отметил, что жестокость, с которой он разрывал своих жертв на части, начинала пугать многих, даже Каахина. Если бы так продолжилось и дальше, однажды его могли не позвать на следующую охоту… или намекнуть на свое недовольство пулей в затылок.

Но теперь он станет незаменимым, а незаменимым многое прощают. Оставалось лишь дождаться, когда его назначат одним из охотников — а они определенно нужны, большая часть заложников разбежалась! Впрочем, и Каахин, и белые псы признавали, что с корабля эти люди не исчезнут. Поэтому и охота на них не стала такой уж срочной, сначала они пытались разобраться, почему их братья сошли с ума.

Многие снова шептались о волке. Далмар, услышав такое, лишь презрительно закатывал глаза. Нет, он верил в духов… Но в настоящих, а не нарисованных на какой-то там стене! Свои духи есть у земли, они гордые и путешествовать не будут. Духи есть и у моря, но они появляются только из воды. А предположить, что белые тащили какого-то духа в железном ящике… Это слишком глупо. Сильный дух порвал бы любого, кто рискнул бы лишить его свободы!

Хорошо еще, что Каахин сохранил разум, иначе Далмар перестал бы его уважать. Каахин и псы заклинаниями и мистикой не озадачивались, они искали иное объяснение — на кухне, потому что там бывали все, там проще всего было отравить братьев.

Тех заложников, которые не успели сбежать, больше не оставляли свободными. Им связали руки и ноги, свалили в дальней части зала, как пойманных на охоте свиней. Далмар подозревал, что это временная мера: если они начнут гадить под себя, вонь будет такая, что никто уже в ресторане находиться не сможет. Так что их освободят, но не прямо сейчас, не до них ведь.

На кухню притащили только двух поваров. Они тоже пытались сбежать, но толстяк не смог, упал, подвернул ногу, его нашли и притащили обратно. Тощий же, который постарше, убежал, но спрятался в первую попавшуюся каюту. Причем если толстяку хотя бы хватило достоинства угрюмо молчать, уставившись на пол, то второй рыдал в оба глаза и молил о пощаде.