Книга Минская мистика, страница 34 – Влада Ольховская

Вот только, увы, начать битву он не решился. Агрессия была для него даже менее свойственна, чем для Какатика.

— И что, он просто позволил тебе красть энергию и дальше? – не выдержала Рада, до этого в разговор не вмешивавшаяся.

Хихитун злобно зыркнул на нее, потом покосился на Пилигрима и решил, что хамить по-прежнему опасно.

— Нет, он хотел, чтобы я ушел. Я ему сказал, что не могу уйти, потому что меня держит моя коварная природа, которой я, слабый и несчастный, сопротивляться не могу.

— А он что?

— Денег мне предложил.

Если бы Канзабуро-сан был из местных, он бы знал: достаточно сообщить о загулах Какатика в градстражу, и проблема решится сама собой. Но местным он не был и надеяться мог только на себя.

На деньги хихитун как раз согласился. Он и сам понимал, что задержался рядом с Ниной, действовал слишком нагло, ему нужно побыстрее заметать следы. А деньги – они нелишними будут, с их помощью можно новую жертву подманить.

— Но я ж не дурак – с банками связываться! – горделиво объявил Какатик.

— Верно, ты по другой причине дурак, – кивнул Пилигрим. – Ты у него наличку потребовал?

— Да, и он сказал, что все привезет!

Сумма, которая была для Какатика пределом мечтаний, для теннина мало что значила – особенно по сравнению с продажей хагоромо. Он бы расплатился с этим мелким вымогателем сразу, но время было вечернее, банки не работали. В итоге договорились, что Канзабуро-сан приедет на следующий день и все отдаст.

Но он так и не вернулся.

— Прошу заметить – я его не трогал! – заявил хихитун. – Вы это записываете? Если записываете, так и запишите: не трогал. Я вообще никого не трогаю. Только энергию. Но это моя природа.

— Да поняли уже, – отмахнулся Пилигрим. – Ты видел, куда он направился отсюда? А ты видел, я не сомневаюсь. Ты собой бы не был, если бы не следил из окна.

— Следил. Но исключительно ради собственной безопасности! Мне нужно было проверить, не вызовет ли он градстражу.

— А он?

— Такси вызвал. И уехал. Все, я его больше не видел!

— Один уехал? И больше ничего не случилось?

— Нет!

И вот тут Какатик себя выдал: ответил слишком быстро, отвел взгляд. Наверно, ему казалось, что в одном коротком слове ложь распознать невозможно, особенно когда ее не ожидают. Только зря он так. Рада мгновенно заметила подвох, а уж Пилигрим и подавно.

— Серьезно, ты сейчас сбрехать решился? – удивился градстраж. – А зачем? Последняя попытка: что случилось перед отъездом теннина?

— Н-ничего… Ничего не случилось!

Это и правда было странно. Рада не могла представить, почему хихитун вдруг решил спрятаться за враньем. Нормально же все шло!

Пилигрим тоже не понимал этого. Но допросы он проводить умел, это чувствовалось, он и хихитуна быстро расколол. Вот и сейчас Рада ожидала, что он снова запутает собеседника в паутине слов и вернет к честной истории.

А вышло иначе.

Градстраж резко подался вперед, перехватил хихитуна за шею и без труда вытащил из груды тряпья. Он поднял Какатика над полом, и, как бы тот ни извивался, освободиться у него не получалось.

Это было неправильно… сразу по многим причинам. Это было неправильно для градстража, потому что инструкция предписывала им действовать иначе. Это было неправильно для Пилигрима, потому что он никогда не проявлял такой агрессии. И это было неправильно для ведьмара, потому что ведьмары обладали обычной человеческой силой, а Пилигрим уже вышел за ее пределы. Не первый раз, если задуматься.