Книга Территория Левиафана, страница 57 – Влада Ольховская

Вот тут Оуден о многом мог бы поспорить – но не стал. Он уже видел, что Седар закрылся от него. Заработать неприязнь лидера меров – так себе перспектива! Но еще хуже будет подставить под эту неприязнь Ноэль. Сейчас и так опасное время: многие на корабле уже шепчутся, что «Посейдон» сломался из-за пришельцев. Не нужно питать эту нелепицу.

К тому же, Седар был не единственным ценным источником информации на борту. Оуден мог обратиться и кое к кому другому.

У меров всегда был один лидер – они ни в каких советах не нуждались. Его власть была абсолютной и несомненной.

Когда один лидер чувствовал, что его время истекает, а возраст берет свое, он выбирал себе преемника из числа молодых меров. Несколько лет они работали вместе, а потом прежний лидер отступал, передавая всю власть новому. У него все еще было особое положение среди меров, никто не смел ему приказывать. Однако и его приказы уже не имели значения.

Нынешним лидером был Седар, и он о преемнике пока даже не задумался. А до него был Феррис – он управлял мерами практически все детство Оудена. Отдав свою власть, Феррис надел доспехи и очень редко появлялся перед людьми.

Но нынешняя авария заставила даже его выбраться из своего убежища. Этим и воспользовался Оуден.

Если с Седаром он чувствовал себя почти на равных, то перед прежним лидером ощутил чуть ли не робость. Сложно сказать, с чем это было связано – с его детскими воспоминаниями или с тем, что в наглухо закрытых металлических доспехах Феррис напоминал не мера и не человека, а ожившую машину.

— Мер Феррис, здравствуйте, я… Я – Оуден. Я из нового поколения…

Голос звучал неуверенно, почти дрожал, как у какого-то пацана! Это бесило, но Оуден пока ничего не мог с собой поделать.

— Я знаю, кто ты, – отозвался Феррис. Его голос звучал глухо, слова получались нечеткими, но это, скорее всего, из-за шлема. – Что тебе надо?

Что ж, не слишком дружелюбно… Но с чего ему быть дружелюбным? Старики в принципе ворчливы, а этому довелось увидеть за свою жизнь слишком много.

— Я хочу узнать, что со мной будет дальше. Что меня ждет?

— То же, что и всех меров.

— Как вариант, смерть на глубине, – рассудил Оуден. – А если нет? Если я не погибну в воде, что со мной станет?

Сложно разгадать чувства человека, лицо которого надежно спрятано под шлемом. Но Феррис повернулся к нему всем телом, и это, пожалуй, можно было считать знаком интереса.

— Почему ты спрашиваешь об этом?

— Всем хочется узнать свое будущее.

— Но не все спрашивают о нем. Да еще так нагло! Сколько времени прошло после твоего перевоплощения?

— Я не знаю, – растерялся Оуден. – Я перестал вести счет дням…

— Год? Половина года?

— Нет, меньше… Дней пятнадцать, думаю, если не считать время на перевоплощение.

— И уже теперь ты смеешь задавать вопросы? Это не случается просто так! Почему? Что тебя к этому подтолкнуло?

Разговор несла совсем не та волна, на которую надеялся Оуден. А ему-то казалось, что это Седар властный и своевольный! Но его предшественник был куда хуже… и опасней.

Дело было не в самом Оудене, за себя он не боялся. Но ведь в истоке этого разговора Ноэль! Феррис не должен выйти на нее. Вроде как он ничего не мог ей сделать: она же среди пришельцев, их сейчас совет опекает! Но Оуден прекрасно помнил, что у меров порой куда больше власти, чем у совета.