Книга Безмолвные призраки Хионы, страница 53 – Влада Ольховская

Вокруг нее собралась вся команда, но приблизиться вплотную решилась только Римильда. Вряд ли ей хотелось, это просто было частью ее работы. Хилер сняла перчатку и прижала руку ко лбу покойницы.

— Насколько непрофессиональным будет сказать «фу»? – буркнул Киган.

— Профессионально молчите, Рэйборн, – приказала Лукия. – Фревилл, что можете сказать? Нам нужна причина и время смерти.

— Запросы неслабые, капитан, давайте посмотрим, что тут можно найти.

Если бы с ними была прежняя хилер, она бы и вовсе ничего не смогла сказать без полноценного вскрытия. А вскрытие – это долго: нужно подготовить место, осторожно сдвинуть труп, разморозить… Непозволительно в нынешних условиях.

Однако номер 2 специального корпуса играла по другим правилам. Римильда воспринимала человеческие ткани на одном ей понятном уровне, она была живым сканером и знала даже больше, чем иные компьютеры.

Наконец она сказала:

— Точное время смерти я вам не определю, никак. Труп полностью замерз, в таких условиях он мог сохраняться неизменным годами. Тут занимательно другое.

— «Занимательно»? – Киган удивленно приподнял брови. – Ты это слово используешь, серьезно?

— Не цепляйся к словам, а слушай дальше. В состоянии такой заморозки труп не разлагается вообще, каким был, таким и остался.

— То есть, разложение произошло до заморозки? – догадалась Альда.

— Верно. После смерти она больше месяца находилась в помещении, где температура составляла около двадцати трех градусов по Цельсию. Короче, здесь она лежала, только было отопление. Потом отопление отключилось, и она замерзла.

— Но стадия разложения солидная, – указал Рале. – Был же явно запах…

— Еще какой!

— И никто за ней не пришел?

— Может, некому было приходить. Может, по какой-то причине не могли или не хотели.

И вот от всего этого мороз шел по коже даже больше, чем от безжалостного холода Хионы. Люди жили рядом с трупом больше месяца – и наверняка знали об этом! Эта уютная квартира наполнялась смрадом, тянувшим щупальца в другие семейные гнезда, а раз отопление не отключали, люди тут были. Но все они делали вид, что ничего особенного не происходит, все в порядке. Или некоторые ушли уже тогда – тоже вариант. Так для кого же работали системы жизнеобеспечения города?

— Вы можете определить причину смерти? – уточнила Лукия.

— Это как раз легко: отравление, следы яда в тканях хорошо сохранились, доза была лошадиной. Никаких травм и серьезных болезней я не обнаружила, хотя для полноценного результата, конечно, нужен более точный анализ. Яд химического происхождения, не органика.

— Она сама приняла яд или ее отравили?

— А я откуда знаю? Трупу это однофигственно, организм гасит доза яда, а уж как она была получена – не принципиально. Но никаких намеков на травму лица или челюсти я не вижу, ее не заставляли съесть что-то силой. То есть, ей или подсыпали куда-то яд, или она все-таки приняла его добровольно.

— Она отравилась сама, – тихо сказала Альда. – Ни здесь, ни на кухне нет никакой еды, в которую могли бы подсыпать яд. Она сама это приняла…

Прочитать мысли трупа было невозможно, смерть мозга уничтожала сознание и воспоминания. И все-таки Альде казалось, что женщина оставила им признание – она больше не могла жить на Хионе, а все вокруг просто приняли это и не обратили на ее смерть внимания.